275. Береза и три сокола Отслужил солдат свои законный срок, получил отставку и пошел на родину. Идет путем-дорогою, а навстречу ему нечистый. Стой, служивый! Куда идешь? - Домой иду. - Что тебе дома! Ведь у тебя ни рода, ни племени. Наймись лучше ко мне в работники; я тебе большое жалованье положу. - А в чем служба? - Служба самая легкая: мне надобно ехать за синие моря к дочери на свадьбу, а есть у меня три сокола; покарауль их до моего приезду. - Солдат согласился. - Без денег, - думает, - плохое житье; хоть у черта, все что-нибудь да заработаю! - Нечистый привел его в свои палаты, а сам уехал за синие моря. Вот солдат ходил, ходил по разным комнатам; сделалось ему скучно, и вздумал он пойтить в сад; вышел, смотрит - стоит береза. И говорит ему береза человеческим голосом: Служивый! Сходи вот в такую-то деревню, скажи тамошнему священнику, чтобы дал тебе то самое, что ему нынче во сне привиделось. - Солдат пошел, куда ему сказано; священник тотчас достал книгу: Вот тебе - возьми! - Солдат взял; приходит назад. Спасибо, добрый человек! - говорит береза. - Теперь становись да читай. - Начал он читать эту книгу; одну ночь читал - вышла из березы красная девица, красоты неописанной, по самые груди; другую ночь читал - вышла по пояс; третью ночь читал - совсем вышла. Поцеловала его и говорит: Я - царская дочь; похитил меня нечистый и сделал березою. А три сокола - мои родные братья; хотели они меня выручить, да сами попались! - Только вымолвила царевна это слово, тотчас прилетели три сокола, ударились о сырую землю и обратились добрыми молодцами. Тут все они собрались и поехали к отцу, к матери, и солдата с собой взяли. Царь и царица обрадовались, щедро наградили солдата, выдали за него замуж царевну и оставили жить при себе
276. Заклятый царевич Жил-был купец, у него было три дочери. Пришлось ему ехать в чужие земли за товарами, спрашивает он у дочерей: Что вам привезти из-за моря? - Старшая просит - обновку, середняя - то ж, а младшая взяла лист бумаги, нарисовала цветок: Мне, - говорит, - батюшка, привези вот этакий цветок. -Долго разъезжал купец по разным государствам, а такого цветка нигде не видал.
Стал домой ворочаться и усмотрел на пути славный высокий дворец с теремами, башнями, с садом. Зашел погулять в саду: что тут всяких деревьев, что всяких цветов! Один цветок другого прекраснее! Смотрит, а вот и точно такой растет, какой ему дочь нарисовала. - Дай, - думает, - сорву да повезу любимой дочери; кажись, никого нет, никто не увидит! - Нагнулся и сорвал, и только сделал это - как в ту ж минуту поднялся буйный ветер, загремел гром и явилось перед ним страшное чудище - безобразный крылатый змей с тремя головами. - Как ты смел в моем саду хозяйничать? - закричал змей на купца. - Зачем цветок сорвал? - Купец испугался, пал на колени и стал просить прощения. - Хорошо, - говорит змей, - пожалуй, я тебя прощу, только с тем условием: кто тебя первый по приезде домой встретит, того мне на весь век отдай. А если обманешь, то не забудь, что от меня нигде не спрячешься; везде тебя найду! - Купец согласился; подъезжает к своему дворцу, а меньшая дочь усмотрела его в окошечко и выбежала навстречу. Купец и голову повесил; смотрит на свою любимую дочь и горькими слезами плачет. - Что с тобой? О чем плачешь, батюшка? - Он отдал ей цветок и рассказал, что с ним случилося. - Не печалься, батюшка! - говорит меньшая дочь. - Бог даст, мне и там хорошо будет! Вези меня к змею. - Отец отвез ее, оставил во дворце, попрощался и уехал домой. Вот красная девица, дочь купеческая, ходит по разным комнатам - везде золото да бархат, а никого не видать, ни единой души человеческой! А время идет да идет; проголодалась красавица и думает: Ах, как бы я теперь покушала! - Не успела подумать, а уж перед нею стол стоит, а на столе и кушанья, и напитки, и сласти; разве только птичьего молока нет! Села она за стол - напилась, наелась; встала - и все исчезло! Вот и смерклось; купеческая дочь вошла в спальню, хочет спать ложиться. Вдруг зашумел буйный ветер, и явился перед нею трехглавый змей. - Здравствуй, красная девица! Постели-ка мне постель возле этой двери. - Красная девица постлала ему постель возле двери, а сама легла на кроватке. Проснулась поутру, опять во всем доме не видать ни души; одно хорошо: чего бы ни пожелала она - все тотчас и явится! Вечером прилетает змей и приказывает: Теперь, красная девица, постели мне постель рядом с твоею кроваткою. - Она постлала ему рядом с своею кроваткою. Ночь прошла, девица проснулась - опять во дворце ни души! В третий раз прилетает змей вечером и говорит: Ну, красная девица, теперь я с тобой на одной кровати лягу. - Страшно было купеческой дочери спать на одной постели с таким безобразным чудищем, а делать нечего - скрепила свое сердце, легла с ним. Наутро говорит ей змей: Если скучно тебе, красная девица, поезжай к отцу, к сестрам, побудь с ними день, а к вечеру назад приезжай, да смотри - не опоздай: если хоть минуту опоздаешь - я с горя помру! - Нет, не опоздаю! - говорит купеческая дочь. Вышла на крыльцо, а уж коляска давно готова; села и в ту ж минуту очутилась на батюшкином дворе. Отец увидал, обнимает, целует ее, расспрашивает: Как тебя бог милует, дочка моя любимая? Хорошо ли тебе? - Хорошо, батюшка! -  Стала рассказывать, какое во дворце богатство, как ее змей любит, как все, что только она задумает, тотчас исполняется. Сестры слушают и не знают что делать от зависти. День на исходе; красная девица назад собирается, с отцом, с сестрами прощается: Так и так, - говорит, - домой пора! Велено к сроку быть. - Завистливые сестры натерли себе глаза луком и будто плачут: Не уезжай, сестрица! Останься до завтрева. - Жалко ей стало сестер, осталась до другого дня. Поутру простилась со всеми и уехала во дворец. Приезжает - во дворце пусто по-прежнему; пошла в сад, смотрит, а змей мертвый в пруде лежит: с горя в воду бросился. - Ах, боже мой, что я сделала! - вскрикнула красная девица и залилась слезами, прибежала к пруду, вытащила змея из воды, обняла одну голову и поцеловала крепко-крепко - змей встрепенулся и вмиг обратился в доброго молодца. - Спасибо тебе, красная девица! - говорит ей молодец. - Ты меня избавила от великого несчастия; я не змей, а заклятый царевич! - Тотчас поехали они к купцу, перевенчались и стали жить-поживать да добра наживать
234 Перышко Финиста ясна сокола Жил-был старик, у него было три дочери: большая и средняя - щеголихи, а меньшая только о хозяйстве радела. Сбирается отец в город и спрашивает у своих дочерей: которой что купить? Большая просит: Купи мне на платье! - И середняя то ж говорит. - А тебе что, дочь моя любимая? - спрашивает у меньшой. - Купи мне, батюшка, перышко Финиста ясна сокола. -Отец простился с ними и уехал в город; большим дочерям купил на платье, а перышка Финиста ясна сокола нигде не нашел. Воротился домой, старшую и середнюю дочерей обновами обрадовал. - А тебе, - говорит меньшой, - не нашел перышка Финиста ясна сокола. - Так и быть, - сказала она, - может, в другой раз посчастливится найти. - Большие сестры кроят да обновы себе шьют, да над нею посмеиваются; а она знай отмалчивается. Опять собирается отец в город и спрашивает: Ну, дочки, что вам купить? - Большая и середняя просят по платку купить, а меньшая говорит: Купи мне, батюшка, перышко Финиста ясна сокола. -Отец поехал в город, купил два платка, а перышка и в глаза не видал. Воротился назад и говорит: Ах, дочка, ведь я опять не нашел перышка Финиста ясна сокола! - Ничего, батюшка; может, в иное время посчастливится. - Вот и в третий раз собирается отец в город и спрашивает: Сказывайте, дочки, что вам купить? - Большие говорят: Купи нам серьги, - а меньшая опять свое: Купи мне перышко Финиста ясна сокола. - Отец искупил золотые серьги, бросился искать перышка - никто такого не ведает; опечалился и поехал из городу. Только за заставу, а навстречу ему старичок несет коробочку. - Что несешь, старина? - Перышко Финиста ясна сокола. - Что за него просишь? - Давай тысячу. - Отец заплатил деньги и поскакал домой с коробочкой. Встречают его дочери. - Ну, дочь моя любимая, - говорит он меньшой, - наконец и тебе купил подарок; на, возьми! - Меньшая дочь чуть не прыгнула от радости, взяла коробочку, стала ее целовать-миловать, крепко к сердцу прижимать. После ужина разошлись все спать по своим светелкам; пришла и она в свою горницу, открыла коробочку - перышко Финиста ясна сокола тотчас вылетело, ударилось об пол, и явился перед девицей прекрасный царевич. Повели они меж собой речи сладкие, хорошие. Услыхали сестры и спрашивают: С кем это, сестрица, ты разговариваешь? - Сама с собой, - отвечает красна девица. - А ну, отопрись! - Царевич ударился об пол - и сделался перышком; она взяла, положила перышко в коробочку и отворила дверь. Сестры и туда смотрят и сюда заглядывают - нет никого! Только они ушли, красная девица открыла окно, достала перышко и говорит: Полетай, мое перышко, во чисто поле; погуляй до поры до времени! - Перышко обратилось ясным соколом и улетело в чистое поле. На другую ночь прилетает Финист ясный сокол к своей девице; пошли у них разговоры веселые. Сестры услыхали и сейчас к отцу побежали: - Батюшка! У нашей сестры кто-то по ночам бывает; и теперь сидит да с нею разговаривает. - Отец встал и пошел к меньшой дочери, входит в ее горницу, а царевич уж давно обратился перышком и лежит в коробочке. - Ах вы, негодные! - накинулся отец на своих больших дочерей. - Что вы на нее понапрасну взводите? Лучше бы за собой присматривали! - На другой день сестры поднялись на хитрости: вечером, когда на дворе совсем стемнело, подставили лестницу, набрали острых ножей да иголок и натыкали на окне красной девицы. Ночью прилетел Финист ясный сокол, бился-бился - не мог попасть в горницу, только крылышки себе обрезал. - Прощай, красна девица! - сказал он. - Если вздумаешь искать меня, то ищи за тридевять земель, в тридесятом царстве. Прежде три пары башмаков железных истопчешь, три посоха чугунных изломаешь, три просвиры каменных изгложешь, чем найдешь меня, добра молодца! - А девица спит себе: хоть и слышит сквозь сон эти речи неприветливые, а встать-пробудиться не может. Утром просыпается, смотрит - на окне ножи да иглы натыканы, а с них кровь так и капает. Всплеснула руками: Ах, боже мой! Знать, сестрицы сгубили моего друга милого! - В тот же час собралась и ушла из дому. Побежала в кузницу, сковала себе три пары башмаков железных да три посоха чугунных, запаслась тремя каменными просвирами и пустилась в дорогу искать Финиста ясна сокола. Шла-шла, пару башмаков истоптала, чугунный посох изломала и каменную просвиру изглодала: приходит к избушке и стучится: Хозяин с хозяюшкой! Укройте от темныя ночи. - Отвечает старушка: Милости просим, красная девица! Куда идешь, голубушка? - Ах, бабушка! Ищу Финиста ясна сокола. - Ну, красна девица, далеко ж тебе искать будет! - Наутро говорит старуха: Ступай теперь к моей середней сестре, она тебя добру научит; а вот тебе мой подарок: серебряное донце, золотое веретенце; станешь кудель прясть - золотая нитка потянется. - Потом взяла клубочек, покатила по дороге и наказала вслед за ним идти, куда клубочек покатится, туда и путь держи! Девица поблагодарила старуху и пошла за клубочком. Долго ли, коротко ли, другая пара башмаков изношена, другой посох изломан, еще каменная просвира изглодана; наконец прикатился клубочек к избушке. Она постучалась: Добрые хозяева! Укройте от темной ночи красну девицу. - Милости просим! - отвечает старушка. - Куда идешь, красная девица? - Ищу, бабушка, Финиста ясна сокола. - Далеко ж тебе искать будет! - Поутру дает ей старушка серебряное блюдо и золотое яичко и посылает к своей старшей сестре: она-де знает, где найти Финиста ясна сокола! Простилась красна девица со старухою и пошла в путь-дорогу; шла-шла, третья пара башмаков истоптана, третий посох изломан, и последняя просвира изглодана - прикатился клубочек к избушке. Стучится и говорит странница: Добрые хозяева! Укройте от темной ночи красну девицу. - Опять вышла старушка: Поди, голубушка! Милости просим! Откудова идешь и куда путь держишь? - Ищу, бабушка, Финиста ясна сокола. - Ох, трудно, трудно отыскать его! Он живет теперь в этаком-то городе, на просвирниной дочери там женился. - Наутро говорит старуха красной девице: Вот тебе подарок: золотое пялечко да иголочка; ты только пялечко держи, а иголочка сама вышивать будет. Ну, теперь ступай с богом и наймись к просвирне в работницы. - Сказано - сделано. Пришла красная девица на просвирнин двор и нанялась в работницы; дело у ней так и кипит под руками: и печку топит, и воду носит, и обед готовит. Просвирня смотрит да радуется. - Слава богу! - говорит своей дочке. - Нажили себе работницу и услужливую и добрую: без наряду все делает! - А красная девица, покончив с хозяйскими работами, взяла серебряное донце, золотое веретенце и села прясть: прядет - из кудели нитка тянется, нитка не простая, а чистого золота. Увидала это просвирнина дочь: Ах, красная девица! Не продашь ли мне свою забаву? - Пожалуй, продам! - А какая цена? - Позволь с твоим мужем ночь перебыть. - Просвирнина дочь согласилась. - Не беда! - думает. - Ведь мужа можно сонным зельем опоить, а чрез это веретенце мы с матушкой озолотимся! - А Финиста ясна сокола дома не было; целый день гулял по поднебесью, только к вечеру воротился. Сели ужинать; красная девица подает на стол кушанья да все на него смотрит, а он, добрый молодец, и не узнает ее. Просвирнина дочь подмешала Финисту ясну соколу сонного зелья в питье, уложила его спать и говорит работнице: Ступай к нему в горницу да мух отгоняй! - Вот красная девица отгоняет мух, а сама слезно плачет: Проснись-пробудись, Финист ясный сокол! Я, красна девица, к тебе пришла; три чугунных посоха изломала, три пары башмаков железных истоптала, три просвиры каменных изглодала да все тебя, милого, искала! - А Финист спит, ничего не чует; так и ночь прошла. На другой день работница взяла серебряное блюдечко и катает по нем золотым яичком: много золотых яиц накатала! Увидала просвирнина дочь. -Продай, - говорит, - мне свою забаву! - Пожалуй, купи. - А как цена? - Позволь с твоим мужем еще единую ночь перебыть. - Хорошо, я согласна! - А Финист ясный сокол опять целый день гулял по поднебесью, домой прилетел только к вечеру. Сели ужинать, красная девица подает кушанья да все на него смотрит, а он словно никогда и не знавал ее. Опять просвирнина дочь опоила его сонным зельем, уложила спать и послала работницу мух отгонять. И на этот раз, как ни плакала, как ни будила его красная девица, он проспал до утра и ничего не слышал. На третий день сидит красная девица, держит в руках золотое пялечко, а иголочка сама вышивает - да такие узоры чудные! Загляделась просвирнина дочка. - Продай, красная девица, продай, - говорит, - мне свою забаву! - Пожалуй, купи! - А как цена? - Позволь с твоим мужем третью ночь перебыть. - Хорошо, я согласна! - Вечером прилетел Финист ясный сокол; жена опоила его сонным зельем, уложила спать и посылает работницу мух отгонять. Вот красная девица мух отгоняет, а сама слезно причитывает: Проснись-пробудись, Финист ясный сокол! Я, красна девица, к тебе пришла; три чугунных посоха изломала, три пары железных башмаков истоптала, три каменных просвиры изглодала - все тебя, милого, искала! - А Финист ясный сокол крепко спит, ничего не чует. Долго она плакала, долго будила его; вдруг упала ему на щеку слеза красной девицы, и он в ту ж минуту проснулся: Ах, - говорит, - что-то меня обожгло! - Финист ясный сокол! - отвечает ему девица. - Я к тебе пришла; три чугунных посоха изломала, три пары железных башмаков истоптала, три каменных просвиры изглодала - все тебя искала! Вот уж третью ночь над тобою стою, а ты спишь - не пробуждаешься, на мои слова не отзываешься! - Тут только узнал Финист ясный сокол и так обрадовался, что сказать нельзя. Сговорились и ушли от просвирни. Поутру хватилась просвирнина дочь своего мужа: ни его нет, ни работницы! Стала жаловаться матери; просвирня приказала лошадей заложить и погналась в погоню. Ездила-ездила, и к трем старухам заезжала, а Финиста ясна сокола не догнала: его и следов давно не видать! Очутился Финист ясный сокол со своею суженой возле ее дома родительского; ударился о сыру землю и сделался перышком: красная девица взяла его, спрятала за пазушку и пришла к отцу. - Ах, дочь моя любимая! Я думал, что тебя и на свете нет; где была так долго? - Богу ходила молиться. - А случилось это как раз около святой недели. Вот отец с старшими дочерьми собираются к заутрене. - Что ж, дочка милая, - спрашивает он меньшую, - собирайся да поедем; нынче день такой радостный. - Батюшка, мне надеть на себя нечего. - Надень наши уборы, - говорят старшие сестры. - Ах, сестрицы, мне ваши платья не по кости! Я лучше дома останусь. - Отец с двумя дочерьми уехал к заутрене; в те поры красная девица вынула свое перышко. Оно ударилось об пол и сделалось прекрасным царевичем. Царевич свистнул в окошко - сейчас явились и платья, и уборы, и карета золотая. Нарядились, сели в карету и поехали. Входят они в церковь, становятся впереди всех; народ дивится: какой-такой царевич с царевною пожаловал? На исходе заутрени вышли они раньше всех и уехали домой; карета пропала, платьев и уборов как не бывало, а царевич обратился перышком. Воротилися и отец с дочерьми. - Ах, сестрица! Вот ты с нами не ездила, а в церкви был прекрасный царевич с ненаглядной царевною. - Ничего, сестрицы! Вы мне рассказали - все равно что сама была. - На другой день опять то же; а на третий, как стал царевич с красной девицей в карету садиться, отец вышел из церкви и своими глазами видел, что карета к его дому подъехала и пропала. Воротился отец и стал меньшую дочку допрашивать; она и говорит: Нечего делать, надо признаться! - Вынула перышко; перышко ударилось об пол и обернулся царевичем. Тут их и обвенчали, и свадьба была богатая! На той свадьбе и я был, вино пил, по усам текло, во рту не было. Надели на меня колпак да и ну толкать; надели на меня кузов: Ты, детинушка, не гузай, убирайся-ка поскорей со двора
235 Перышко Финиста ясна сокола Был-жил старик со старухою. У них было три дочери; меньшая была такая красавица, что ни в сказке сказать, ни пером написать. Раз собрался старик в город на ярмарку и говорит: Дочери мои любезные! Что вам надобно, приказывайте, - все искуплю на ярмарке. - Старшая просит: Купи мне, батюшка, новое платье. - Середняя: Купи мне, батюшка, шалевой платочек. - А меньшая говорит: Купи мне аленький цветочек. - Засмеялся старик над меньшою дочкою: Ну что тебе, глупенькая, в аленьком цветочке? Много ли в нем корысти! Я тебе лучше нарядов накуплю. - Только что ни говорил, никак не мог уговорить ее: купи аленький цветочек - да и только. Поехал старик на ярмарку, купил старшей дочери платье, середней - шалевой платок, а цветочка аленького во всем городе не нашел. Уж на самом выезде попадается ему незнакомый старичок - несет в руках аленький цветочек. - Продай мне, старинушка, твой цветок! - Он у меня не продажный, а заветный; буде младшая дочь твоя пойдет за моего сына - Финиста ясна сокола, так отдам тебе цветок даром. - Призадумался отец: не взять цветочка - дочку огорчить, а взять - надо будет замуж ее выдать, и бог знает за кого. Подумал-подумал, да таки взял аленький цветочек. - Что за беда! - думает. - После присватается, да коли нехорош, так и отказать можно! - Приехал домой, отдал старшей дочери платье, середней шаль, а меньшухе отдает цветочек и говорит: Не люб мне твой цветочек, дочь моя любезная, больно не люб! - А сам шепчет ей потихоньку на ухо: Ведь цветочек-то заветный был, а не продажный; взял я его у незнакомого старика с условием отдать тебя замуж за его сына Финиста ясна сокола. - Не печалься, батюшка, - отвечает дочка, - ведь он такой добрый да ласковый; ясным соколом летает по поднебесью, а как ударится о сырую землю - так и станет молодец молодцом! - Да ты разве его знаешь? - Знаю, знаю, батюшка! В прошлое воскресенье он у обедни был, все на меня смотрел; я и говорила с ним...ведь он любит меня, батюшка! - Старик покачал головой, посмотрел на дочь таково пристально, перекрестил ее и говорит: Поди в светелку, дочка моя милая! Уж спать пора; утро вечера мудренее - после рассудим! - А дочка заперлась в светелке, опустила аленький цветочек в воду, отворила окошко, да и смотрит в синюю даль. Откуда ни возьмись - взвился перед ней Финист ясен сокол, цветные перышки, впорхнул в окошечко, ударился об пол и стал молодцем. Девушка было испугалась; а потом, как заговорил он с нею, и невесть как стало весело и хорошо на сердце. До зари они разговаривали - уж не ведаю о чем; знаю только, что, как начало светать, Финист ясен сокол, цветные перышки, поцеловал ее, да и говорит: Каждую ночь, как только поставишь ты аленький цветочек на окно, стану прилетать к тебе, моя милая! Да вот тебе перышко из моего крыла; если понадобятся тебе какие наряды, выйди на крылечко да только махни им в правую сторону - и вмиг перед тобой явится все, что душе угодно! - Поцеловал ее еще раз, обернулся ясным соколом и улетел за темный лес. Девушка посмотрела вслед своему суженому, затворила окно и легла почивать. С той поры каждую ночь, лишь поставит она аленький цветочек на растворенное окошечко, прилетает к ней добрый молодец Финист ясен сокол. Вот наступило воскресенье. Старшие сестры стали к обедне наряжаться. - А ты что наденешь? У тебя и обновок-то нету! - говорят младшей. Она отвечает: Ничего, я и дома помолюсь! - Старшие сестры ушли к обедне, а меньшуха сидит у окна вся запачканная да смотрит на православный народ, что идет к церкви божией. Выждала время, вышла на крылечко, махнула цветным перышком в правую сторону, и откуда ни возьмись - явились перед ней и карета хрустальная, и кони заводские, и прислуга в золоте, и платья, и всякие уборы из дорогих самоцветных каменьев. В минуту оделась красная девица, села в карету и понеслась в церковь. Народ смотрит да красоте ее дивуется. - Видно, какая-нибудь царевна приехала! - говорят промеж себя люди. Как запели - Достойно -, она тотчас вышла из церкви, села в карету и укатила назад. Люд православный вышел было поглазеть, куда она поедет; да не тут-то было! Давно и след простыл. А наша красавица лишь подъехала к своему крылечку, тотчас махнула цветным перышком в левую сторону: вмиг прислуга ее раздела, и карета из глаз пропала. Сидит она по-прежнему как ни в чем не бывало да смотрит в окошечко, как православные из церкви по домам расходятся. Пришли и сестры домой. - Ну, сестрица, - говорят, - какая красавица была нонче у обедни! Просто загляденье, ни в сказке сказать, ни пером написать! Должно быть, царевна из иных земель приезжала - такая пышная, разодетая! - Наступает другое и третье воскресенье; красная девица знай морочит народ православный, и сестер своих, и отца с матерью. Да в последний раз стала раздеваться и позабыла вынуть из косы бриллиантовую булавку. Приходят из церкви старшие сестры, рассказывают ей про царевну-красавицу да как взглянут на сестру-меньшуху, а бриллиант так и горит у нее в косе. - Ах, сестрица! Что это у тебя? - закричали девушки. - Ведь точь-в-точь этакая булавка была сегодня на голове у царевны. Откуда ты достала ее? - Красная девица ахнула и убежала в свою светелку. Расспросам, догадкам, перешептываньям конца не было; а меньшая сестра молчит себе да потихоньку смеется. Вот большие сестры стали замечать за нею, стали по ночам у светелки подслушивать, и подслушали один раз разговор ее с Финистом ясным соколом, а на заре своими глазами увидели, как выпорхнул он из окна и полетел за темный лес. Злые, видно, были девушки - большие сестрицы: уговорились они поставить на вечер потаенные ножи на окне сестриной светелки, чтобы Финист ясен сокол подрезал свои цветные крылышки. Вздумали - сделали, а меньшая сестра и не догадалась, поставила свой аленький цветочек на окно, прилегла на постель и крепко заснула. Прилетел Финист ясен сокол да как порхнет в окошко и обрезал свою левую ножку, а красная девица ничего не ведает, спит себе так сладко, так спокойно. Сердито взвился ясен сокол в поднебесье и улетел за темный лес. Поутру проснулась красавица, глядит во все стороны - уж светло, а добра молодца нет как нет! Как взглянет на окно, а на окне крест-накрест торчат ножи острые, и каплет с них алая кровь на цветок. Долго девица заливалась горькими слезами, много бессонных ночей провела у окна своей светелки, пробовала махать цветным перышком - все напрасно! Не летит ни Финист ясен сокол, ни слуг не шлет! Наконец со слезами на глазах пошла она к отцу, выпросила благословение. - Пойду, - говорит, - куда глаза глядят! - Приказала себе сковать три пары железных башмаков, три костыля железные, три колпака железные и три просвиры железные: пару башмаков на ноги, колпак на голову, костыль в руки, и пошла в ту сторону, откуда прилетал к ней Финист ясен сокол. Идет лесом дремучим, идет через пни-колоды, уж железные башмаки истаптываются, железный колпак изнашивается, костыль ломается, просвира изглодана, а красная девица все идет да идет, а лес все чернее, все чаще. Вдруг видит: стоит перед ней чугунная избушка на курьих ножках и беспрестанно повертывается. Девица говорит: Избушка, избушка! Стань к лесу задом, ко мне передом. - Избушка повернулась к ней передом. Вошла в избушку, а в ней лежит баба-яга - из угла в угол, губы на грядке, нос в потолок. - Фу-фу-фу! Прежде русского духу видом было не видать, слыхом не слыхать, а нынче русский дух по вольному свету ходит, воочью является, в нос бросается! Куда путь, красная девица, держишь? От дела лытаешь али дела пытаешь? - Был у меня, бабуся, Финист ясен сокол, цветные перышки; сестры мои ему зло сделали. Ищу теперь Финиста ясна сокола. - Далеко ж тебе идти, малютка! Надо пройти еще тридевять земель. Финист ясен сокол, цветные перышки, живет в пятидесятом царстве, в осьмидесятом государстве и уж сосватался на царевне. - Баба-яга накормила-напоила девицу чем бог послал и спать уложила, а наутро, только свет начал брезжиться, разбудила ее, дала дорогой подарок - золотой молоточек да десять бриллиантовых гвоздиков - и наказывает: Как придешь к синему морю, невеста Финиста ясна сокола выйдет на берег погулять, а ты возьми золотой молоточек в ручки и поколачивай бриллиантовые гвоздики; станет она их покупать у тебя, ты, красная девица, ничего не бери, только проси посмотреть Финиста ясна сокола. Ну, теперь ступай с богом к моей середней сестре! - Опять идет красная девица темным лесом - все дальше и дальше, а лес все чернее и гуще, верхушками в небо вьется. Уж другие башмаки истаптываются, другой колпак изнашивается, железный костыль ломается и железная просвира изгрызена - и вот стоит перед девицей чугунная избушка на курьих ножках и беспрестанно повертывается. - Избушка, избушка! Стань к лесу задом, ко мне передом; мне в тебя лезти - хлеба ести. - Избушка повернулась к лесу задом, к девице передом. Входит туда, а в избушке лежит баба-яга - из угла в угол, губы на грядке, нос в потолок. - Фу-фу-фу! Прежде русского духу видом было не видать, слыхом не слыхать, а нынче русский дух по вольному свету стал ходить! Куда, красная девица, путь держишь? - Ищу, бабуся, Финиста ясна сокола. - Уж он жениться хочет. Нонче у них девишник, - сказала баба-яга, накормила-напоила и спать уложила девицу, а наутро чуть свет будит ее, дает золотое блюдечко с бриллиантовым шариком и крепко-накрепко наказывает: Как придешь на берег синя моря да станешь катать бриллиантовый шарик по золотому блюдечку, выйдет к тебе невеста Финиста ясна сокола, станет покупать блюдечко с шариком; а ты ничего не бери, только проси посмотреть Финиста ясна сокола, цветные перышки. Теперь ступай с богом к моей старшей сестре! - Опять идет красна девица темным лесом - все дальше и дальше, а лес все чернее и гуще. Уж третьи башмаки истаптываются, третий колпак изнашивается, последний костыль ломается, и последняя просвира изглодана. Стоит чугунная избушка на курьих ножках - то и дело поворачивается. - Избушка, избушка! Повернись к лесу задом, ко мне передом; мне в тебя лезти - хлеба ести. - Избушка повернулась. В избушке опять баба-яга, лежит из угла в угол, губы на грядке, нос в потолок. - Фу-фу-фу! Прежде русского духу видом было не видать, слыхом было не слыхать, а нынче русский дух по вольному свету ходит! Куда, красная девица, путь держишь? - Ищу, бабуся, Финиста ясна сокола. - Ах, красная девица, уж он на царевне женился! Вот тебе мой быстрый конь, садись и поезжай с богом! - Девица села на коня и помчалась дальше, а лес все реже да реже. Вот и сине море - широкое и раздольное - разлилось перед нею, а там вдали как жар горят золотые маковки на высоких теремах белокаменных. - Знать, это царство Финиста ясна сокола! - подумала девица, села на сыпучий песок и поколачивает золотым молоточком бриллиантовые гвоздики. Вдруг идет по берегу царевна с мамками, с няньками, с верными служанками, остановилась и ну торговать бриллиантовые гвоздики с золотым молоточком. - Дай мне, царевна, только посмотреть на Финиста ясна сокола, я тебе их даром уступлю, - отвечает девушка. - Да Финист ясен сокол теперь спит, никого не велел пускать к себе; ну, да отдай мне свои прекрасные гвоздики с молоточком - уж я, так и быть, покажу его тебе. - Взяла молоточек и гвоздики, побежала во дворец, воткнула в платье Финиста ясна сокола волшебную булавку, чтобы он покрепче спал да побольше от сна не вставал; после приказала мамкам проводить красну девицу во дворец к своему мужу, ясну соколу, а сама гулять пошла. Долго девица убивалась, долго плакала над милым; никак не могла разбудить его...Нагулявшись вдоволь, царевна воротилась домой, прогнала ее и вынула булавку. Финист ясен сокол проснулся. - Ух, как я долго спал! Здесь, - говорит, - кто-то был, все надо мной плакал да причитывал; только я никак не мог глаз открыть - так тяжело мне было! - Это тебе во сне привиделось, - отвечает царевна, - здесь никто не бывал. - На другой день красная девица опять сидит на берегу синего моря и катает бриллиантовый шарик по золотому блюдечку. Вышла царевна гулять, увидала и просит: Продай мне! - Позволь только посмотреть на Финиста ясна сокола, я тебе и даром уступлю! - Царевна согласилась и опять приколола платье Финиста ясна сокола булавкою. Опять красна девица горько плачет над милым и не может разбудить его. На третий день она сидит на берегу синего моря такая печальная, грустная и кормит своего коня калеными угольями. Увидала царевна, что конь жаром кормится, и стала торговать его. - Позволь только посмотреть на Финиста ясна сокола, я тебе его даром отдам! - Царевна согласилась, прибежала во дворец и говорит: Финист ясен сокол! Дай я тебе в голове поищу. - Села в голове искать и воткнула ему в волосы булавку - он тотчас заснул крепким сном; после посылает своих мамок за красной девицей. Та пришла, будит своего милого, обнимает, целует, а сама горько-горько плачет; нет, не просыпается! Стала ему в голове искать и выронила нечаянно волшебную булавку, - Финист ясен сокол, цветные перышки, тотчас проснулся, увидел красну девицу и так-то обрадовался! Она ему рассказала все как было: как позавидовали ей злые сестры, как она странствовала и как торговалась с царевною. Он полюбил ее больше прежнего, поцеловал в уста сахарные и велел, не мешкая, созвать бояр и князей и всякого чину людей. Стал у них спрашивать: Как вы рассудите, с которой женою мне век коротать - с этой ли, что меня продавала, или с этою, что меня выкупала? - Все бояре и князья и всякого чину люди в один голос решили: взять ему ту, которая выкупала, а ту, что его продавала, повесить на воротах и расстрелять. Так и сделал Финист ясен сокол, цветные перышки!