Как-то рассказал А.Н. Липакову о том, как я бросил курить. Это было на самом деле резко, быстро и окончательно, мало того, без каких-либо мучений, волевых сверхусилий и пр. Бросил я мгновенно, сразу, и ни разу не испытал ни малейшего желания закурить. Собственно, это и есть весь рассказ о процессе бросания, т.е. о внешней его стороне. Она эффектна, наглядна, вот, пожалуйста, я, который может продемонстрировать желающим свое некурение, конечно, если вообще можно демонстрировать именно неделание чего-либо. Смысл всего этого, конечно же, в том, как я это сделал. Т.е. способ. Курил я сорок лет с лишним, ни разу не бросал, уверенный, что это невозможно. Перебои с курением переносил настолько плохо, что это запомнилось мне как тяжелейшее испытание. В Усть-Каменогорске примерно в 1991 г. я курил плохой папиросный табак, пачечный, который добывали буквально из-под полы. Курил табак я из самодельных трубок, которые, впрочем, делал не хуже т.н. фабричных. Курил я иногда и махорку, самосад, в общем, за свою богатую биографию курильщика, точнее, советского курильщика, над которым государство поиздевалось так, как никто и никогда, курил все, от т.н. термоядерных сигарет, совершенно издевательского вкуса и крепости, до лучших в мире гаванских сигар, которыми Фидель завалил когда-то Россию, как Болгария изумительным табаком Джебель...Но больше всего, вернее, постояннее, курил папиросы Беломор-канал, которые мне как бы завещал отец, всю жизнь куривший родной Беломор. Помню и маму курящей, сразу после войны, в Ашхабаде, в кругу отцовских друзей-фронтовиков. Мама курила Северную Пальмиру - красивые длинные папиросы в картонной коробке...Короче, появилась необходимость бросить курить, потому что после инсульта заметно сдало сердце, а послеинсультные парезы не рассасывались. Все это меня стало беспокоить не на шутку, т.к. я знал, что бросить курить я не смогу. Сменив сигареты на самые слабые марки, т.н. белых упаковок, я попытался смягчить последствия курения, но организм требовал своего, наверстывая ослабленный табак количеством выкуриваемого...Я решил вызвать себя на диалог, т.е. поговорить с собою по душам. Здесь каждое слово приходится брать в кавычки, ибо почти невозможно объяснить, каким это образом можно говорить с самим собой, ведь не расщепляться же психикой надвое, - это шизофрения, но на самом деле поговорить с самим собой…Итак, о диалоге с собою о курении. Я сказал себе, что дело не в курении, как в дурной привычке, а в отношении к собственной жизни, которой осталось уже предельно мало. Потом, когда все это окончится уже навсегда, все будет поздно, вернее, все будет НИКАК. Если еще что-то можно сделать, то это нужно делать сейчас. Это первое. Второе, привычка курения - это привычка не духа, а физической оболочки его, т.е. своего животного состояния, рабом которого мы и так являемся всю жизнь, в вечной и тоскливой зависимости от всех его недомоганий, желаний, страстишек, похотей и капризов, даже таких ничтожных, как изжога или дремота…А благоприобретенные привычки - это уже двойное насилие над духом бренным, насилие через рабское пристрастие оболочки над сознанием, которое тоже, вон, услужливо поддакивает: нет, не смогу, привычка...А почему, собственно? Это что, особая разновидность медленного суицида?..И в-третьих, ну, не стыдно ли мужественному, немало испытавшему, много умеющему и знающему человеку сдаваться этой нелепой в самом своем нецивилизованном и диком антураже - привычке?..
9 апреля 10:07. С утра - снежные разряды за окном, сквозь солнце и ветер, погода по-февральски шальная, сумбурная, а ведь апрель на дворе...Сегодня пенсионный день. Меня, начинающего пенсионера, еще вчера дворовые старушки предупредили, чтоб я сидел дома. Сижу, конечно...Весь день во дворе тревожно возбужденные старики кучкуются в предвкушении законной чекушки, переговариваются, снуют из подъезда в подъезд, внимательно следя за перемещением строгой изможденной почтальонши...Я тоже получил свои 365 рублей...Сакральное число...Хотя странно мне это, получать деньги ни за что, не привык...
10 апреля Во дворе слушал скворца - парочка сидела высоко на тополе около детского садика и самец тихонько распевал вполголоса свою песенку. Удивительно, но всякий раз это какое-то чудо - первая песня скворца...
Весь день, весь апрель, всю весну напролет
Скворец над окном свою песню поет.
О солнце, о ветре, о вешней земле,
О голых деревьях и первом тепле... -
так когда-то начинал что-то еще на Алтае, но так и не написал, перегорел, а писать нужно сразу, на подвзлете...Днем много ходил - по Мстинской, по Большой Московской, смотрел Никиту Мученика, Федора Стратилата...Без меня церкви как-то поникли, опростились, затрапезно посерели...Это вполне объяснимо, все, находящееся как бы под непрестанным духовным надзором, приглядом, удерживается в сознании в том изначально волнующем виде, в каком предстало впервые. Потому и родина при возвращении всегда оказывается тусклее и бледнее, чем представлялась в отдалении, - это общеизвестно. Но - тем и любимее…
Теплей возвращенья в родные края,
Где…моя…
Закат тихий, ровный, чуть красноватый. Время самых простых и чистых красок, графика омытого послеснежья, средины апреля...
11 апреля 20:10. Сегодня день Лазаря, ходили к вечерней службе в Софию - служил сам Лев...Чудесное пение хора, добрые, серьезные русские лица...А день замечательный, первое весеннее тепло, солнце, поют птицы, мои скворцы тихонько названивают на своих тополях, еще не распелись по-настоящему…Днем - субботний визит племянниц, варили уху, что-то шили...Я писал Мамин альбом, разбирал архивы в поисках записей о дяде Васе и, конечно, ничего не нашел в своем бумажном хаосе...Когда я все это разберу...С фотоаппаратом опять ничего не вышло: утром ходил в этот магазинчик, к которому у меня возникла уже идиосинкразия, там не было мастера, который должен определить сохранность моего меняемого аппарата. Обмен возможен теперь только на той неделе...А я так уже привык к фотоаппарату, к ощущению, что все закаты огневые - мои, все облака, отраженные в Волхове, - мои, чайки, деревья, снеговые лужи под елями Ярославова Дворища - мои...Вечер яркий, солнечный, комнаты залиты светом, и даже кенар, у которого линька, вдруг распелся под Хулио Иглессиаса...Что ж, нужно немного поработать над Маминым альбомом, он, конечно, бесконечен, но мне пока нужно отчеркнуть только оренбургский период, от которого, как я представляю, остались лишь три предвоенных фотографии. Впрочем, поразмышлять просто о регионе, об огромной русской провинции…Предазия...
13 апреля, понедельник Вчера было Вербное воскресенье. С утра завьюжило, снег шел почти весь день. И сегодня во дворе - зима...Вчера перетаскивали книги и книжные шкафы, готовили место для компьютерного стола и стеллажей, устал к вечеру, мне рано еще заниматься такой работой...Пишу небольшое эссе Мамин альбом, в общем-то, посмотреть, как у меня получается нынче писание. Мне кажется - не получается. Старательное желание написать что-то превращается в натужное литературничанье, без прежней летящей простоты, вернее, власти над словом...Голова необратимо больна, и хотя память уже практически восстановилась, какие-то связи нарушены, не происходит освежения мысли, все трамбуется в какие-то заведомые трафареты...Кстати, шаблон, трафарет - это точнейший признак самосохранения больного мозга...При разборке шкафов с книгами и рукописями обнаружил, как запущены мои архивы, ничего не могу найти, все перепутано, перемешано. Это за время, когда я в межбольничных паузах все пытался найти себе занятия с набросками, хотел что-то обновить в голове, вот и перемешал все. Рука сейчас едва ли намного послушнее, просто стал более приспособленным к своему искалеченному телу, поэтому нужно потихоньку наводить порядок, причем многое нужно просто уничтожить, эти бесчисленные подготовительные записи и выписки к Русскому Пантеону, из которых я давно вырос...Сколько все же подготовительной работы!
15 апреля, среда Вчера ремонтировал стулья, потом почувствовал себя плохо. К вечеру поднялась температура, упало давление. Отпустило только ночью... Сейчас чувствую себя разбитым, как после какой-то встряски...Мамин альбом почти готов, нужны только копии с фотографий, и можно будет посылать Иг. Б-у или Г. Х-у в Оренбург...Однако альбом этот можно писать и писать, это Сага о Форсайтах...Вечером вчера - В.А. М-в, сказал, что мои дипломники доклады на конференции завалили...Конечно, они, в общем, хотели на халяву проскочить дипломы...Нужно с ними крепко позаниматься или предложить им не валять дурака, а готовиться к госэкзаменам...На дворе снег, почти зима опять...За фотоаппаратом идти нет сил, но нужно все-таки...Вот не повезло с этими мыльницами...
10:23. Что ж, нужно доделывать Альбом…, а то, чувствую, опять начинается температура...Грипп, что ли?..
16 апреля, четверг Вчера, наконец, обменял фотоаппарат - вместо проштрафившейся Practica взял с доплатой Samsung...И все же поразительна ловкость этих техномонстров. Приучая людей к аппаратуре, которая не требует никаких усилий ума, рук и знаний, они одновременно на каждую новую техническую услугу резко повышают цену. Этот процесс отлучает людей от универсальной аппаратуры, от предметов для мастеров...Гигантский технологический спектакль для свиней-потребителей...Что ж, буду пробовать Samsung, м.б., он будет лучше запечатлевать пейзажи...Хотя бы пейзажи...Вчера вечером под старыми липами дворцового сада слушал скворцов...Изумительны все же первые их песни: много щелкающих, стучащих звуков, длинных сильных свистов, - казалось, весь сад полон птиц, а их было только три...
17:01:17. Гулял по набережной, ходил в магазин гостиницы Русь, там, где оргтехника, электроника, телевизоры...Техника есть прекрасная, но дорого все до безобразия, вернее, не по русскому карману...День какой-то мглистый, нехороший по свету и цвету, словно бы что-то грядет...Но сад дворцовый полон зябликов, свистят взрывами, резко, сильно, играют...Токуют галки на оттаявших луговинах Дворища, играют и кричат чайки...Весна, весна...Снял несколько видовых кадров: Кремль над Волховом, Поворотную башню, интересное отражение быков моста...Все это как проба аппарата, его возможностей...Посмотрим. Забегал Р. Д-в, заказал статью на полосу для Вече ко дню Славянской письменности. Что ж, нужно что-нибудь написать о докириллической эпиграфике и бореальной письменности...Заодно послать в Оренбург, слава Богу, есть хоть одно безотказное место, где напечатают все...
***
Первые впечатления на тему Писатель и компьютер. Компьютер прежде всего - удобнейшая печатная машинка, легко меняющая шрифты, следящая за ошибками, совершенно незаменимая в работе с композицией произведения, при перестановках, заменах и пр...Во-вторых, незаменимый способ сохранения отредактированного материала на дискетах, позволяющий носить свое полное собрание сочинений, буквально, в нагрудном кармане пиджака...Уже эти достоинства стoят всех затрат и усилий на обучение...Но вот здесь возникает одно неведомое но, которое касается таинственной области психологии творчества. Никто не исследовал влияния этих широчайших возможностей на мыслительную дисциплину писателя, т.е. на бесценное умение оперировать большими и гармоничными периодами, не требующими никакой редактуры...Разительный пример тому - письма Пушкина, цельнообразные, чрезвычайно гармоничные по стилю и настроенческой системе произведения, - и большинство из них написаны без черновика, махом...
17 апреля, пятница Медальон с эмалью начала ХIII в. Надпись вокруг фигуры юного Христа: А З Ъ Е С М Е С В Е Т ~ I С + ХС
Прочтение: СУ-ЗЕ БО-ЖИ ВЕ-ЩЕ ЖИ-ВЕ ВО ЖА-ТИ
Перевод: Сузе Боже вещий живой в сжатии = Бог СУЗЕ (Бог повитой, суженной жизни) вещий живой в сжатии. Вот что я легко умею на сегодняшний день. Это надо оформить в книгу, которую нужно начинать немедленно. Я чувствую, что из болезни уже добром не выберусь, поэтому нечего терять время. Для книги все есть, рисунки, наброски, переводы. Нужно работать. День пасмурный, темный...Сегодня должны привезти мебель, можно будет начать оборудовать рабочее место, а затем - за работу:
1. Очерк о русской письменности.
2. Открылась бездна...
3. Золотое перо иволги, часть II. Дневник - во время пауз.
20 апреля 00:37. Перевалило за полночь. Пасха, весь день звоны, опять пошел лед, словно разбуженный колоколами, - это проснулась какая-то река за Ильменем...Ходили к Софии, назад еле дошел, бедное мое тело не слушается, подламываются ноги...Перебирал архивы, которых накопилось столько, что уже трудно с ними работать, много просто ненужного. Уничтожил огромную кучу чужих стихов. Все равно, я сделал все, что мог, для них, больше уже ничего сделать не смогу…
Простите меня, дорогие,
За все, что я сделал с собой...
Кабинет наконец приобрел те черты кабинета, о котором я и не мечтал: стеллажи с книгами, отдельный письменный стол и рабочий стол с компьютером, музыка, окна на Софию...Волхов струится под домом...Фотоаппарат для Дневника...Кенар для воспоминаний...Резьба на стенах и полках...Только нет здоровья, нет желания работать, нет творческой воли доделать даже то, что начато, и никакой любимый размер мне не поет, музыка исчезла...А.С. Розанов говорил когда-то: Вы не знаете, Женя, что это значит - утром встать, посмотреть, а Иртыш пустой...Я и впрямь этого не знал и не понимал...Теперь понимаю. Только не по-розановски, у него эта тьма души была от алкогольной депрессии, а у меня от страшной болезни, ополовиневшей не только тело, но и само сознание, силу восприятия жизни. И не Иртыш у меня, а Волхов, и не пустой, а все же как бы не полный, т.е. все как-то не до него, есть дела поважней, понаболевшей...Вот и таскаю свое онемевшее тело по берегу этой прекрасной реки, даже и не воспринимая по-настоящему это...Жаль все же архивов...Вообще, это плохой признак и примета, нельзя быть жестоким к тому, что является памятью...От прошлого не отказываются...Составил для студентов планы дипломных работ, на компьютере это предельно удобно...Завтра надо отпечатать...Вот и день прошел, пасмурный, с моросящим дождем, ветром. Для Пасхи слишком серый...
Время - 01:04:57... Пора спать...Завтра нужно начать эссе И трава зелена есть знак Божий...
21 апреля, вторник 19:45. День дымно-туманно-серый, но наконец-то теплый. Сразу вспыхнула по припекам зелень, под кустами - чистотел и на чистом - кустики одуванчиков. Нарвал кенару первой весенней зелени, вот уже час, как он разбирается с ней, соскучился...Видел большую стаю гусей, широкий клин, который, гогоча, вернее, на ходу устало гомоня, летел на Ильмень. В деревьях на Торгу - дрозды, скворцы, а в дворцовом саду - галки делают гнезда в тесных дуплах старых лип. Из одного дупла висит, развеваясь, длинный узловатый бинт...Перебирал и раскладывал архивы, письма...Грустные воспоминания о Розанове, об отце, маме, об Усть-Каменогорске...Опять уклонился от писания статьи для Вече, бесплатный труд и впрямь почти бессмыслен, вернее, подл и унизителен, как все нарочито подневольное...Но почему-то - надо...Письмо от Г.Н. М-ка, скопировал перевод Ребиндера Влесовой книги - это мне работа на следующую зиму, если буду жив...В Советской России анонс Молодой гвардии о главах из Русского Пантеона - вот чем сразу займусь после Альбома…и Травы…Ну, что ж, прощай, день Божий, с пасхальными звонами, со льдом по Волхову, с первым весенним теплом и гусями в высоком небе!..
22 апреля, среда Сегодня начал Траву…для Вече начисто. Две страницы о тайнах языка, речи. Завтра нужно сделать все-таки разгонное, банальное для таких статей: что, зачем, к чему, а уж потом удивлять...Ходил сегодня через мост на ту сторону, к Спасской башне. Три солнца на ее фронтоне впечатляют...Под красными кирпичными стенами уже заметно зеленеет травка...
Под кремлевской стеной на припеке
Зеленеет скупая трава...
Не идут стихи...Не потому, что не умею или разучился, в общем-то, при необходимости могу дотянуть любое стихотворение...Музыки нет, нет того обязательного состояния гармонизации впечатлений...Да, талант не умирает, гаснет востребованность его душой...Сегодня прорвало Ильмень: мощный густой ледоход весь день. Вначале льды шли бесшумно, катили по зеркальной воде ровной чередой, но после полудня льдинам стало тесно, и на стрежне они начали биться друг о друга, стучать и хрустеть. Долго с моста слушал эту музыку ледохода и вспоминал Ульбу, когда мы с Колей Абрамовым, моим бедным Валькой из Купины неопалимой, сидели вот так однажды апрельским теплым вечером на берегу где-то за Коршуновым и смотрели и слушали шорох льда...Конец семидесятых, а словно бы вчера, и все еще живы, и жизнь бесконечно огромна, и впереди такая еще даль, что в нее и не заглядываешь, а позади нет ничего еще, чтоб бояться обещанных лет...Весь день повсюду паутина, какие-то мелкие паучки проснулись, над мостом порхнула и первая бабочка, крапивница, вроде две утки над Кремлем...Да, весна пошла так густо, что уже за ее событиями не угнаться...Над Волховом мутный красноватый закат, пошла рябь от северного ветерка, который задул вдруг, караван льдин прижало к западному берегу под Детинец, - и день опять на исходе, и жаль его бесконечно, до задыхания в груди, и просто потому, что он прошел...Жаль стало времени уходящего...
Прощай навек, весны страничка,
Травинка, бабочка, синичка,
Ледок под мокрою стеной,
Прощай, мой день, мой сон живой...
Вот что писал сегодня утром: Самоощущение человечества как Вида, т.е. единого Общесущества, предшествовало персонизации личностей, в этом главная суть понимания проблемы языка, а с ним и письменности. Язык был не средством общения персоналий, но формой озвучивания, т.е. определения, качеств пространства, и был главным способом самосохранения Вида в меняющейся геогляциальной обстановке раннего антропогена. Человек (как Вид Homo sapiens) опознавал себя единым целым и называл себя ЧЕЛОВЕКЪ (лишь позже ОН рассыпался или диссипатировался на отдельности и определил себя уже как ЛЮДИ). Бе члвкъ ти хром и приде, полза мьногомь троидомъ. Iак. Бор. Гл. 124 (Срезн., ч. 2, стлб. 1746). Эта удивительная формула исчерпывающе фиксирует Общечеловеческое Существо (Вид), которое было хромым и передвигалось ползая, как только и могло передвигаться многосоставное общесущество с отсеченными ногами, где ноги - это поборенная, потерянная часть Вида, - то же, что потерянное колено в Ветхом Завете, мифологическом памятнике, равноисходном с другими мифосистемами. А где находился, где проживал, ползая, этот ЧЕЛОВЕКЪ? Его адрес был прекрасно известен древним: E Z.Z.Z.Z.Z. в. море. п¤ть земель, двh тмh...море...мудры разумhеть. Зап. при кн. Еванг. чт. 1307 г. (Срезн. т. 1, стлб. 975). В общем, здесь исчерпывающе дан мифостадиальный обзор геогляциального пространства ПРАРОДИНЫ, примерно тот же, как и в знаменитых Метаморфозах Овидия (кн. 1, с. 48-56):
…земля - с пятью полосами.
На срединной из них от жары обитать невозможно.
Две под снегом лежат глубоким, а двум между ними
Бог умеренность дал, смешав там стужу и пламень.
Воздух вплотную навис над ними; насколько по весу
Легче вода, чем земля, настолько огня он тяжеле.
В воздухе тучам стоять приказал он и плавать туманам,
И разражаться громам...
Так описано Священное Пятиземелие Проточеловечества двумя разными источниками, великим и признанным поэтом и никому не известным писарем или дьяком, тем не менее оставившим нам не просто уникальную по емкости и важности запись, но и отчетливое свидетельство…
23 апреля 17:10:28 Апрельский свет, реки струенье,
Необратимый миг, мгновенье,
Дрожащий отблеск невзначай,
Вы промелькнули, - и прощай!
Прощай навек, весны страничка,
Травинка, бабочка, синичка,
Ледок под мокрою стеной,
Прощай, мой день, мой сон живой...
Прощай, скворец на старом клене,
Сырой овраг, трава на склоне,
Детинец с зубчатой стеной,
Софии купол неземной.
Прощай, река в летящих бликах,
Небесный свод в гусиных кликах,
Бессмертной жизни холодок,
Травинка, бабочка, ледок...
Вот и первое стихотворение спустя страшное для меня время...Трудно сказать, что это, но оно волнует, а это самый важный признак поэзии...День сегодня пасмурный, похолодало. Волхов был до обеда совершенно чист, даже подумалось, уж не кончился всем этим ледоход. Но после обеда вдруг вынесло такую ледяную армаду, что Волхов сейчас наполовину белый ото льда, идущего почти сплошняком...Много гулял, с утра отключился свет, и делать оказалось нечего, ибо уже привязан к компьютеру, в нем все мои наброски ближайшего очерка...Вот и еще одна непредусмотренная связь писатель - компьютер...Хожу очень плохо, случайно рассмотрел свою походку по тени перед собой: сильное припадание, почти подволакивание тела, вихляющееся колено...Калека...Рукой потихоньку что-то начал делать, что-то поддерживать, нажимать включатели...Но сил в руке нет, и это, конечно, не рука резчика. Не скоро я, видимо, начну заниматься резьбой, по всему - гораздо позже, чем литературой...Но - надо, надо. Я хочу стать здоровым, сильным и еще успеть сделать что-то доброе...Не превратиться бы так вот, такими самовнушениями в фанатика-мозговика, на которых я насмотрелся в больнице. В основном это люди после трепанации черепа, и слушать и смотреть на них - страшновато...
24 апреля, пятница 6:03:34. Проснулся в 4 утра, что-то не мог заснуть, все думал о стихах, да о том неожиданном новом понимании, что вот я вновь во всеоружии рифмы, мысли и чувства, что выкарабкался из бездны, - это уже можно сказать с уверенностью, - да, не без серьезных потерь, но выкарабкался...И что теперь?..Вот об этом-то я вообще и не задумывался...Что теперь? Где печататься, где и как издаваться? Ведь не у этого же побитого молью скопидома П-ва?..
Что делать нам с бессмертными стихами...
Тускнеет сна ночная вата,
День начинает свой разбег...
Судьба должна быть пустовата,
Чтоб коротать спокойно век.
Дожди должны быть мокроваты,
Вожди тупы как имярек...
Стихи должны быть глуповаты,
Как Пушкин некогда изрек...
Розовато-серое утро, слабый ледоход, прижатый северным ветром к противоположному берегу... Захотелось спать...
Мои поэтические модули:
***
Глум оглашенных...И нечем, и нечего
Бросить им встречно в их темный угар...
Как удалось этой меченой нечисти
Вынести нас на вселенский базар?
Вынести ладное, русское, светлое -
На оголтелое всеторжество...
Мира заступница, Мати всепетая,
Не отврати лица Твоего. -
Из молитвы Державной Богоматери.
***
Ледяной февральской ночью
Догорят дотла Клочья памяти и клочья
Жизни, что прошла (была)…
***
Семиградие, Скифополь,
Ледяной Борей...
***
Берестяная грамота о метели...
***
Аркадия моя…
***
Церковь Жен-мироносиц на Сырковом дворе…
***
Волхв на Волхове живет…
***
И по улице Бояна…
***
Кенар, солнышко, свирель,
Золотая флейта пана...
***
Грач на проталине - это весна,
Это опять в суете беспричинной
Мучаться вечной заботой грачиной,
Жизнь пробуждать от вселенского сна...
***
Этих писем пыльные собранья,
Старых фотографий желтизна...
Отчего грустны воспоминанья?
Оттого, что жизнь и впрямь грустна.
…
И открыв заветную страницу...
Строчки, фотографии...
Вот и вся судьба...
25 апреля, суббота Весь день писал И трава зелена есть знак Божий.., лишь дважды ходил гулять. День солнечный, но прохладный. Волхов налился водой, как говорится, всклень, т.е. до бордюра, впечатление такое, что качни его - и он расплещется. Лед прошел, сегодня было начало навигации. К Ильменю ходил старенький Господин Великий Новгород, - Наш Титаник, говорили о нем рыбаки на котлованах у гостиницы Садко, - только вот не утонет никак...Такой юмор после американского Титаника...Прекрасный, нежный розовый закат с глубоким и густым отражением в зеркальной воде и величественнейший силуэт Кремля, башен, звонницы, часозвони и, конечно, Софии...Компьютер что-то барахлит, тянет буквы, дергается, неприятно работать...Но вот, на Дневнике с другим шрифтом работает очень хорошо, с полетом...Кстати, шрифт довольно прост: Courier New Cir, похож на шрифт розановской Москвы старого типа, которую он за сотню продал Ю. Ф-ко. Вдруг вспомнил, что продавали за 80 рублей, но в последний момент Н.П., жена его, передумала. Странно, вспоминаются какие-то незначительные вещи, которые можно было бы и не вспоминать, если бы не характерная эта деталь, в общем-то, исчерпывающе рисующая способ отношения к жизни на уровне Н.П., такой знакомо-бабский...Ну, что ж, вот и день-денек прошел в трудах-заботах, и болезнь, которую я ощущаю каждую секунду, в общем, преодолима, если увлечешься, вернее, преодолимо ощущение болезни...
26 апреля, воскресенье Интересно, что вчера проснулся оттого, что кенар свистел Что стоишь, качаясь.., которую мы с ним разучили зимой не без намека на мое качающееся состояние. Он явно подзывал меня, и, конечно же, пришлось вставать и кормить его...Вот он и дождался весны, травы, которую я ношу ему каждый день (одуванчик, тысячелистник, лопушки, муравка и пр.) - клюв у него теперь вечно зеленый, грязный. Стал много петь, несмотря на линьку...Вообще, хорошая, сильная, выносливая птичка с выработанным поколениями устойчивым клеточным характером, т.н. осторожно оптимистическим, со способностью всякий раз довольствоваться самым малым...Есть и люди такие, в России их особенно много, это бывшие зеки...Утро сегодня ясное, тихое, солнечное. Розоватый Кремль отражается в спокойном
переполненном Волхове, а София сияет куполом так ослепительно, что невозможно смотреть...Божий день...Итак, сегодня нужно хорошо продвинуть Траву.., чтобы к маю закончить. Потом бы пару стихов написать, чтобы какая-то подборка получилась...Хм...В общем, хочется зажить прежней активной литературной жизнью - все же я работал и печатался достаточно много...Особенно нужно поторопиться с Бездной для Молодой гвардии, оправдать тот анонс, который они дали в Сов. России. Итак:
1. Трава...- в Вече, Питер, Оренбург.
2. Альбом...- в Оренбург.
3. Стихи - в Москву, Оренбург.
4. Бездна (осенью) - в Москву.
17:20. Утром ходили в Софию, поставили свечки, я за здравие Риты. Что-то часто думаю о ней...Дай ей Бог терпения, кротости, доброты, и да пусть повезет ей в личной жизни...Продвинул эссе И трава зелена есть знак Божий.., семь шрифтовых страниц, не знаю, сколько это в п.л. и как переводить это. Количество знаков? В общем, проблем с писанием нет, справляюсь с любой своей темой.
27 апреля, понедельник Вчера - Г.Н. М-к привез Влесову книгу из ТОДРЛ, 43, 1990 г., публикация Творогова. Что ж, вот и работа на зиму, это если закончу Бездну...Привез еще бесценного Бориса Шергина и кассету с тремя романсами Е. К-ко, где есть один романс и на мои стихи - Фотограф. Ретро-стиль, похоже на шарманку со слезой...Не знаю...Однако Г.Н. сидел, плакал - у него это еще и личное, конечно...Сегодня ходил в Союз писателей, получил апрельские 250 рублей, видел К., разговаривал с Д. об очерке, обещал сделать его к 30 апреля...На улице - солнышко, немного дымка, тепло...Скворцы, зяблики, трава, - вот-вот распустятся тополя...Пора уже...Хочется написать стихотворение, о котором думал в прошлом году в больнице, - Голосок..., вечерами там было так плохо порой...все повторял: голосок, голосок, голосок...Да, начинала звучать какая-то музыка, но и она бывает не ко двору, когда некуда приткнуться, некому душу излить...
28 апреля 15:53:28. Сегодня написал стихотворение Голосок, - и что-то стало грустно-грустно, не от невозвратимого, а оттого, что если бы все мое прошлое сейчас вернулось, я сделал бы все так, как сделал...И все же, все же, все же...Мучает, вернее, удручает другое: обреченность и поэзии тоже...Никто поэзию уже не воспринимает всерьез...
Время глухо стекает в песок,
Шумной жизни иссякло круженье, -
Только там, вдалеке, в отдаленье,
Еще слышен родной голосок.
Голосок, голосок, голосок,
Не зовет, не корит, не взыскует,
Все о чем-то прошедшем тоскует,
Как и я, до конца одинок.
Лишь один в нем укор и упрек,
За мученье без сна и прощенья,
За смертельное это томленье, -
Голосок, голосок, голосок...
Время сбилось в усталый поток,
Все вокруг пустота и смятенье,
Продержись еще только мгновенье,
Голосок, голосок, голосок...
День мутновато-теплый, но тяжелый, весь день как-то прибаливал, отлеживался на диване...Получил бандерольку с книжицей Степные сосны от Арефьева, в письме он сообщает историю выхода этой книжки, неприятности с Н. Кожевниковой...Простую вещь превратили в предмет вселенской вражды и обид...Вот это и есть провинция в чистом виде...Самое главное - пошли стихи, как-то сразу, уверенно, без всяких скидок, сбросов, подкрадываний, заготовок...Нужно спокойно месяц-другой поработать, написать стихов на три-четыре подборки и возникнуть сразу и везде где-нибудь осенью. И еще нужно закончить Альбом…- 3 части, Бездну, написать что-то о Достоевском и сделать венок Пушкину...Хм...планы...И все же...Первые цветы - мать-и-мачеха на Аркаде Гостиного Двора...
29 апреля Что-то такое, не очень гармоничное писал нынче, да бросил - надоело...
...а когда вдруг станет одиноко
От тоски и пошлости людской,
К церкви Иоанна-на-Опоках
Ухожу с обиженной душой.
Там, в глубокой нише на апсиде,
Фреска есть, с которой Иоанн
Смотрит строго, словно бы предвидя
Этой жизни скудность и обман…
М-к забегал перед отъездом в Питер, вернул 50 рублей, которые мы ему тайком подсунули за ксерокопии Влесовой книги. Ну, что ж, пойду куплю фотопленку. Надо сфотографировать цветущие тополя, о которых у меня есть стихотворение...И, конечно, фреску на апсиде церкви Иоанна-на-Опоках, может, и напишу стихотворение...Это тоже примета Аркадии моей, Скифополя... И я ведь уже вполне юродивый Скифополя, его дух блаженный, последняя тень его иномирской запредельной стихии...Юродивый Скяфополя, его блаженный шут...Сдал пленку на проявку, купил новую. Фотографии будут только 5 мая - праздники...Сфотографировал одуванчики, которые вдруг увидел под стеной Иоанна Предтечи. Вот не ожидал, что так буду радоваться, даже вздрогнул, как увидел...Сфотографировал еще зацветшие тополя...В эти дни зацвели тополя...- да, это о том тополе, напротив окон устькаменогорской квартиры...Словно повторяю прошлое опять, не могу расстаться, не хочу...Но пора уже садиться за очерки, хватит вымучивать то, что должно приходить само...
1 мая 20:43. Первомай...День мутновато-теплый, начинают зеленеть березы, сирень, единственная черемуха в округе - на Торгу. Отцветают тополя...Зацвели одуванчики, гусиный лук, мать-и-мачеха. Волхов налит под бордюры, затопил нижний тротуар. Гулял, сильно хромая и припадая телом, и вспомнил вдруг, что уже год назад, когда мы ездили с сестрой и братом на могилу дяди Васи в Александровку, я ходил примерно так же...Т.е. улучшений практически немного...Сегодня началась навигация, стали бегать два трамвайчика речных, катают туристов, загудели моторные лодки...Доделывал Траву.., приготовил к отправке, писал Альбом.., который решил продолжать примерно в таком плане:
1. Если завтра война...(мама)
2. Красная птица над синей водой...(дядя Вася)
3. ?
4. Взгляни на холм высокий...(отец)
5. Метель...
Работы как раз на месяц, и опубликовать будет невозможно, да и с реставрацией фотографий сложно...Но сделать надо хотя бы ради того, что эту память сберечь уже некому... Впрочем, как будут готовы первые фотографии, сразу отправлю И.Бехтереву, может, для одного из альманахов пригодится...Закат, тревожный, красный, прямо напротив окна. Солнце падает между Митрополичьей и Никольской башнями какое-то лохматое, мучительно-беспокойное...Схожу, поброжу по аллее своей ясеневой: 90 шагов, 10 ясеней и один на отшибе...
2 мая 07:48. Позавчера, перебирая архивы, нашел стихотворение Ю. Плеслова Не отлучай от ласки глаз и уст...С ним связаны интересные воспоминания июня 1978 г., когда я вновь после десятилетнего перерыва начал писать стихи. Мое знакомство с Ю. Плесловым (через сестру и Долганова) побудило к творчеству. И не тем, что я встретился с блестящим поэтом, которому хотелось подражать и у которого хотелось бы учиться, - как раз наоборот. Слушая его стихи и наблюдая за его способом проживания в литературе (да и в жизни), я как раз испытывал страшную досаду и раздражение, которые стимулировали мое творчество каким-то внутренним противодействием тому, что я видел. А видел я прежде всего органическую неприродность его поэзии, сделанность ее...Итак, стихотворение Ю. Плеслова.
Не отлучай от ласки глаз и уст;
Пусти к ногам привязанность собачью;
И грусть любви, приравненную к плачу,
Не развенчай пинком брезгливых чувств.
Не отлучай тоску и радость пса
От рук, еще в признательности, - мокрых.
Холодное молчание и окрик -
Что саранча по зелени овса.
Ни возмущенья, ни отмщенья нет,
И преданность не выкрикнет в ответ:
Ты - все, бог, жизнь, единственность, а к богу
Лишь ум заварит атеизмом чай,
А чувства безрассудные - не смогут.
Их приручив, назад не отручай.
Это не вполне чистый сонет, написанный по договоренности со мной, что я тоже напишу сонет на общую, придуманную им тему о собаке. Т.е. было что-то похожее на буриме. Как ни странно, я написал стихотворение (не сонет, конечно) как раз о собаке, как договаривались. Это было 11 июня 1978 года, а стихотворение я написал Лишь задую в гармошку губную.., ставшее много позже любимым стихотворением Николая Ивановича Тряпкина...Нужно сказать, что к Плеслову у меня сохранились самые добрые чувства. В любом случае, поэзию он любил беззаветно, так, как любит ее провинциал, со всеми ее атрибутами, которые, по его мнению, должны обязательно сопровождать поэзию: с цветами, женщинами, шампанским...Одна из его поэм так и называлась Шампанское впотьмах...Первую книгу он издал после многих поездок в Алма-Ату, где долго поил нужных для издания людей, а попросту банду окололитературных басмачей...Книга имела совершенно удручающее название: Рабочая лира...Это была гнусная выдумка трусливого и хитрого редактора, ублажившего таким образом тогдашнее литературное начальство, читавшего только планы издания...Но для стихов провинциального эстета такое название было убийственным...Его мечта - Союз писателей - так и не осуществилась, а жаль. Насколько я понимаю, его наивная, напыщенная поэзия была все же намного честнее и добрее поэзии тех же литературных басмачей, которые смеялись над ним и пили его водку. Там цинизм и алкогольная прагматичность подошли к пределу уже душеразрушающему...С первого гонорара он купил Большую советскую энциклопедию и все сетовал, что одного тома не хватало...Да, такую покупку мог сделать лишь самый наивный провинциал...Я с удовольствием встретился бы с ним, и не для того, чтобы похвастать своими книгами и некоторой известностью, весьма, впрочем, относительной, а просто посидеть...Я бы и о поэзии с ним не говорил...Что поэзия, если жизнь проходит и впереди уже почти и нет ничего...
Лишь задую в гармошку губную,
Только выведу несколько нот,
Сразу пес мой подходит, тоскуя,
И скуля, продолжения ждет.
И, забравшись ко мне на колени,
Новый звук на лету подхватив,
Он заводит высокое пенье,
Самый древний на свете мотив.
Что случилось с дворнягой невзрачной,
Отчего этот горестный вой?
Это музыка в сердце собачьем
Отозвалась какой-то струной.
Ах, как верно мелодия льется,
Как звериные чувства сильны!
Сам бы спел, да не очень поется,
И кому мои песни нужны?
Ведь не так это просто, тоскуя,
Все простить, что прошло и пройдет...
Я в гармонику дую и дую,
А собака поет и поет.
3 мая Постепенно исчезает необходимость в Дневнике, что сие означает, не знаю, однако и стихи замолчали, вся та музыка конца апреля, когда я махом написал пять или шесть стихотворений...Нужно перепечатать свой сборник в отдельную папку, сделать окончательный вариант Избранного, включая и новые стихи. Понял это вчера, когда просматривал именно новые стихи в контексте старых. Это, кстати, очень важный и необходимый момент. Когда возникает ощущение цельности творчества, гармонии его...Прикидывал, не послать ли стихи в Наш современник...Итак. Новые стихотворения.
1. Надоело мучаться...
2. Ледяной февральской ночью...
3. Время глухо стекает в песок...
4. В конце зимы…*
5. Апрельский свет, реки струенье...
6. В эти дни зацвели тополя...*
7. Конецъ
8. Хутынь.*
9. Москва.
10. Преображенье.*
10 стихотворений, 180 строк, под звездочкой - старое, т.е. новых, апрельских, - 6 стихотворений. Что ж, по объему подборка в норме, но содержание, тональность, склеенность - чувствуются, - этот рассудочный довесок из старого. ПОДОЖДАТЬ. Плавали на теплоходе по Волхову до Ильменя и обратно: Рюриково Городище, Юрьев монастырь, озеро, утки, холод, дождь…
4 мая 09:32. Сегодня на дворе туман, нужно бы поснимать, но не хочется выходить...Еще не знаю, как работает аппарат, завтра получу первые карточки от Самсунга...Написал брату, чтобы приехал 9 или 15, - съездить на дяди Васину могилку. 15 мая - день его смерти...Сегодня, кстати, нужно закончить очерк о дяде Васе для Альбома.., это будет почти печатный лист - с фотографиями. Молодец, Курдаков...Хм…Потом сразу нужно начать очерк об отце...Вот план:
1. Оренбургский букет (мама)
2. Красная птица над синей водой (дядя Вася)
3. Взгляни на холм высокий (отец)
4. Словно белый рассвет (наш дом)
5. Метель
Два очерка почти готовы, все это нужно обязательно сделать, кроме меня никто в этом мире уже ничего о нас же самих и не вспомнит...Кстати, это к вопросу о том, что первичнее: выдуманная (сочиненная) литература или живая, выстраданная. Долганов гордится тем, что он - сочинитель. Трудно сказать, кого он в этот раз копирует, по-моему, все того же Ирхина, который его крепко когда-то испортил...Но сочинительство - это еще и великий грех гордыни, возжелавшей стать превыше Бога...Сочинять нужно правду. Правду сочинить нельзя…Вот и мудрую мысль выдал...Что ж, за работу...Да и стихи нужно бы пописать, нужно...
6 мая Плохо спится эти дни, встаю рано, вот и сейчас, 06.22 - за окном дождь, который шел, очевидно, всю ночь...Сегодня должна быть, наконец, почта, которая отдыхала почти неделю. Любопытное новшество...Жду писем и из Оренбурга, от Г. Хомутова. Буду посылать туда очерки Альбом…и новые стихи.
Нужно послать новые стихи и в Москву, в Наш современник. Вообще, нужно интенсивнее работать, пора итоги подводить, да и время собирать камни...Итак, на этот месяц:
1. Стихотворения (Лирика Скифополь, Пушкиниана).
2. Эссе для Альбома…(Взгляни на холм высокий...).
3. Открылась бездна...- Вступление.
Техническая работа:
а. Перепечатывать Дневник.
б. Перепечатывать стихи.
в. Фото (Скифополь, раскопки, дяди Васина могила. Мясной бор (по возможности).
Мытно, камень Щеглец. Сирень. Черемуха. Белая птица в окне. В общем, это работа и на следующие месяцы, до завершения.
7 мая День пасмурный, сырой, ветреный, - написал было плохой, но это же - день Божий, он и должен быть каким-нибудь, главное, он есть...Написал сегодня стихотворение (из небольшой апрельской заготовки). В общем-то, достаточно свободно выразил то, что ощущаю на данный момент, это главное...И важно то, что символ Скифополя стал наполняться именно тем, чем и должен, что я внутренне где-то ношу, под образом...Ну, ладно...
Евгений Курдаков ~ Стихотворения
***
...А когда вдруг станет одиноко
От бессмертной пошлости людской,
К церкви Иоанна-на-Опоках
Я иду с обиженной душой.
Там, в глубокой нише на апсиде,
Фреска есть, с которой Иоанн
Смотрит строго, словно бы предвидя
Этой жизни скудность и обман.
Нет, ни тишины, ни утешенья
Он не обещает впереди.
Дышит силой духа и терпенья
Строгий лик и твердый взгляд - иди! -
Что ж, - вздохну, - и этого не мало,
Он - Предтеча, знает, что к чему, -
Обопрусь на посох свой устало
И судьбу безропотно приму, -
Все твои обиды, мой Скифополь,
Это прозябанье без гроша,
Где Опоки - это не Акрополь,
Но зато жива еще душа...
Наверху - образец новой шапки для книги, чему я придаю какое-то особенное значение, видимо, просто от самой возможности оснащения стихов чем-то новым...Хотя все это пустяки, конечно...Помню, какое было удовольствие когда-то просто от пишущей машинки, как я любил свою последнюю, которая и сейчас лежит в столе, - UNIS. У нее был идеально ровный шрифт, лишь со временем она стала недопечатывать Ы, Ю, И...Двадцать лет она прослужила мне, на ней я написал все 8 книг своих...Вот содержание подборки Новые стихи:
1. Надоело мучаться...
2. Ледяной февральской ночью...
3. Время глухо стекает в песок...
4. Апрельский свет, реки струенье...
5. А когда вдруг станет одиноко...
6. Преображенье.
7. Конецъ.
8. Хутынь.
Это месячный итог, и это хорошо. Нужно постоянно держаться в тонусе, не выходя в т.н. непоэтические состояния. В общем, надо работать...
8 мая 22:46. Местное телевидение сообщило вечером о кончине Бориса Степановича Романова...Вот и еще одна смерть, какая-то нелепая, ранняя, - в общем-то, мой ровесник...Жаль его, мужик был очень русский, сильный, вожак, капитан...Писатель?.. А кто сейчас писатель? Это очень редкое явление, и требовать от кого-то обязательного таланта при звании не приходится...Главное, человек он был порядочный и не любил именно то, что и не нужно любить...Не любил М. П-ва до отвращения, это понятно. Меня не особенно любил, - разные категории, - не понимал...Царство ему небесное, мучался, жена умерла от рака...Был инсульт - выкарабкался, ходил с тростью, и неплохо...Нужно узнать, когда и где похороны...Написал сегодня стихотворение София - не очень...
София
...пять земель, две тьмы, море;
мудрый разумеет...
Сакральная надпись на полях Апостола 1307 г.,
определяющая Премудрость Божью.
Когда восходит солнце над Софией
И вспыхивает купол золотой,
Я знаю, этот свет над всей Россией
Незримой растекается волной.
В нем смысл и вековечная дорога
Спасения, ниспосланного нам...
София, Эйн-Софа, Премудрость Бога,
Создавшая себе всесветлый храм, -
Храм, где свершает волю Слово Божье,
Природе придавая смысл живой.
Восходит солнце, и сквозь бездорожье
Нам виден древний путь наш вековой:
Пять глав Пятиземелья - счет познанья,
Древнейшей сути пройденный урок,
Две тьмы по сторонам Тропы Трояньей,
Апсидами текущей на Восток.
...Колокола дробят тревогу Часа,
Безвременье застыло в маете, -
Но - надо всем - священный купол Спаса,
Крест золотой и голубь на кресте.
Вообще, стихи, как я сейчас разглядел, еще не до конца в струне, еще не в полную силу...Ну, ничего, главное - потихоньку идут, интерес появился. Вот издаться негде...На родине?..Хомутов молчит что-то...Скорее бы доделать фотографии для Альбома…и послать все это со стихами в Оренбург. Кроме Оренбурга - стихи в Наш современник (оставить Конецъ для специальной подборки о Пушкине). В общем, нужно работать...Ах, жаль Романова. День сегодня дождливый, ветреный, холодный. Везде зелень, липы распустились, березы. Нарвал букетик черемухи, в кабинете легкий горьковатый запах...Хорошо...Послал письмо Ю.Савченко. Нужно завтра написать бузулучанам: Хвойко, Арефьеву, Нестерову. Потихоньку делаю, вернее, пробую очерки для Альбома…- Взгляни на холм высокий - об отце, самый трудный, нужно удержаться от обвинений, суда. И - Словно белый рассвет...- этот можно сердечнее...Бузулук, юность...БОМП...Стихи...Перестаю ощущать себя скифопольским обитальцем, работа захватывает, здесь не до поэтических игр. Придумал стихи Красотка, Кокетка...- о двух пароходиках из прошлого века, отплывавших от пристани у моей набережной...Трудно...Надо попробовать завтра...А Федор Михайлович, глядя на это... - и т.д.
12 мая, вторник Встал в 4 утра, что-то не мог спать, духота, комары...Вчера купил Братьев Карамазовых и Пушкин и христианство - нужно будет поразмышлять о теологической метаморфозе Пушкина. Вообще, нужно писать Пушкиниану...Вечером у Петровых, шашлык в саду с брусничной водой. Отдал Петрову Альбом.., вряд ли возьмет, по разным причинам: у меня там есть жесткие высказывания об Астафьеве, Солженицыне, к которым он лоялен. Да и по другим причинам, региональным, в том числе...Приготовился к работе над Бездной...Все, тянуть более нельзя, да и незачем, нужно писать. Это в лучшем случае - май, июнь, июль...В санаторий расхотелось, просто из-за времени, да и деньги пригодились бы на принтер...На дворе пасмурно, порывается идти дождь. Моя тема скифопольская, этот метамир, метаязык заглохли...Понятно, исчез тот сиротливый момент одинокого сопротивления всему вокруг, это духовное выживание в тоске собачьей...Наступило какое-то рассеянное состояние, наверное - лето, да и просто психическое преломление...Надоело мучаться, бередить беду...Что ж, трезво и рабоче - в Бездну.., для которой открыл пять или шесть файлов...Каков метаязык!.. Рассказ Петрова о смерти Б.С. Романова. Умирал в одиночестве, высох неузнаваемо...У меня вот уже полгода - бесконечная изжога, с тошнотами, - тоже нужно поберечься...А как?..Зацвела черемуха на Славне.
15 мая Вчера Дериглазов вернул очерк И трава зелена.., сказав, что никто его не понял...Приготовил ему стихи новые, 12 стихотворений, 200 строк. Начал главку ЧАУ (Калужские видения) о Циолковском, она пойдет и для Бездны...
***
Мы видим порою необыкновенные явления. Не есть ли они результат деятельности уцелевших разумных существ иных эпох? (К.Э. Циолковский. Космическая философия). Его внешняя жизнь была странно однообразной и неинтересной, - можно сказать, это была жизнь, совершенно не рассчитанная на величественную посмертную судьбу, - она шла как бы мимо судьбы, избегая ее, сторонясь и прячась от ее прихотливой непредсказуемости, и не очень ей доверяя…Незначительные события этой простой жизни, подтвержденные, кстати, честнейшей и подробнейшей автобиографией, могли бы показаться весьма обыкновенными, даже скучными, если бы не посмертная слава, осветившая их совершенно по-новому, фантастически ярко, неожиданно. Да, всего через 25 лет его страна начнет запускать в космос один за другим ракетные корабли, освященные его именем, а в небольшом уютном городе на Оке, где он более 40 лет жил и работал, поставят музей его имени. И Константин Эдуардович Циолковский был бы, конечно, польщен этой славой, - но ненадолго. Ибо теория реактивного движения для него самого была хотя и важной, но попутной. А главную свою работу он держал в глубокой тайне, понимая, что его мгновенно бы обвинили в метафизике и пропаганде вредных идей, противоречащих единственно правильному материалистическому учению Маркса и Энгельса. В тридцатые годы с этим было строго...Даже предварительная и очень осторожная статья Космическая философия, написанная незадолго до смерти, в 1935 году, была впервые опубликована лишь в 1981 году. Главный же труд его, условно названный Философия материи, ставший воистину подвигом души, может быть, так и ушел бы с ним в могилу, если бы не был обеспечен благородством и добросовестностью его талантливого ученика, впоследствии тоже выдающегося ученого, всерьез претендовавшего на звание нобелевского лауреата, - Александра Леонидовича Чижевского, оставившего записи своих бесед с К.Э. Циолковским (Чижевский А.Л. Вся жизнь. М., 1974). После чтения или какой-то другой работы я вышел, по обыкновению, освежиться на крытый застекленный балкон. Он обращен был на северо-запад. В эту сторону я смотрел на закат солнца, оно еще не зашло, и было вполне светло. Погода была полуоблачная, и солнце было закрыто облаками. Почти у самого горизонта я увидел, без всяких недостатков, как бы напечатанные, горизонтально расположенные рядом три буквы: ЧАУ. Ясно, что они составлены из облаков и были на расстоянии верст 20-30...Покамест я смотрел на них, они не изменяли свою форму. Меня очень удивила правильность букв, но что значит ЧАУ? Ни на каком известном мне языке это не имеет смысла...Тут же мне пришло в голову принять буквы за латинские. Тогда я прочел: Ray. Рай - это уже имело какой-то смысл...Я понял все это так: после смерти конец всем нашим мукам, т.е. то, что я доказывал в Монизме. Таким образом, говоря высоким слогом, само небо подтвердило мои предположения (К. Циолковский. Неизвестные разумные силы, 1928). Почему Свыше решили заговорить с Циолковским именно на латинском языке, вернее, на русском, но в латинской транскрипции, то неведомо (на латинском слово Рай было бы пропечатано небесами как Paradis)...И все же, что это было?
***
Никак не пошлю в Оренбург то, что сделал, не работает принтер...Сегодня - больница. Эти дни - Бездна…Нужно форсировать. Весна для меня уже по деталям неуловима. Вот так всегда, ждешь, ждешь, а дождавшись, не узнаешь или не замечаешь...Ночью сон о стихотворении Капля с ее латинским адекватом что-то типа челеза, что ли...Странный сон. Нужно написать стихи...Дни холодные, ветреные. Ну, теперь нужно дождаться и выдержать возврата очерка из Питера и от Петрова. Ситуация мне почти незнакомая - возврат рукописей...Что ж...Метапространство мое постепенно опустошается, затаптывается...Дневник скучнеет. Деталей нет...И стихи замерли...Все же поэзия не терпит света, базара, торга, площади, толпы, многолюдья, нельзя быть на перекрестке ожиданий...
23:43:59. Неожиданно перепутал ключи от квартиры и до вечера болтался на улице...А перед этим ходил к врачу, которая отпустила пока меня до осени отдохнуть от лекарств...Сказала, что небольшие улучшения есть, но это, видимо, для вящего эффекта. Сам я не чувствую особых улучшений, хожу очень плохо, да и врач проговорилась, посоветовав мне отвыкать от позы инсультника: нога косит, рука просит...М-да...Ни рифмы, ни грамматики…А затянувшаяся прогулка моя дала возможность вдруг увидеть, что весна, т.е. природа, слишком величественна для восприятия человеком, ее не обозреть...Весна пошла уже к лету, и таким мощным валом, что никаким подробнейшим и скрупулезнейшим описанием не воссоздать и малой части этого движения...Потому и ослабли, остановились мои наблюдения за частностями; да и ласточки прилетели, и вишня зацвела, а черемуха уже отцветает. И совершенно замечательно, как-то скромно-стыдливо, зацвела бузина зеленовато-белыми кистями, - опрокидывая этим свой имидж бесовского дерева, дерева с нечистой силой...Что еще? Хромой голубь на набережной, безбоязненно побирающийся у людей. Беда научила...Собрания чаек по вечерам на лужайках Дворища, ходят, переговариваются, и видно, что это не вполне водяные птицы, а глубинно связанные с лугом, полем...Цветущие поляны одуванчиков... А еще две недели назад едва не прослезился, увидев первые цветы у церкви Иоанна...Нет, не успеть...Только жизнью всей, пятьюдесятью веснами можно хотя немного приблизиться к какому-то ощущению этого грандиозного действа по имени ВЕСНА...Что ж, прощай, и этот день, - еще и день смерти дяди Васи, к которому съездить нужно в воскресенье, - не дожидаясь брата, у которого что-то, видимо, произошло...Итак, цветет черемуха, горят желтым поляны одуванчиков, на которых, посверкивая металлическим переливом, пасутся скворцы и галки...
18 мая Бесконечно долгий весенний теплый день. Все время вставал из-за компьютера и уходил на улицу, к реке. Все зелено, все цветет. Деревья переполнены птицами. Обнаружил, как красиво, робко и нежно цветет бузина. Жаль, не взял фотоаппарат, сфотографировать бы куст цветущей бузины среди елей - красиво и трогательно. Сорвал первую сирень, полураспустившуюся, и две ветки бузины, - поставил их вместе, но букет немедленно стал вянуть. Наверное, несовместимость, пришлось разделить...Фиалки на газонах не такие, как на Алтае, а светлые, беловатые...Вспомнил, как всегда весною привозил их из леса, иногда прямо с землей, чтобы дольше стояли...Хотел даже делать гномиков резных, везущих в тачке горшочек с фиалками. Привозил и молодило, эти алтайские кактусы. Делал маленькие альпинариумы на подоконнике в плоских ящиках...Написал сегодня 2 странички Бездны…Нужно каждый день так, чтобы покончить с ней в июле месяце. Это - страниц 120, т.е. ок. 5 п.л. Но это нужно делать безвылазно и ни на что не отвлекаясь...Может быть - стихи о бузине. Стихи о фиалках. Стихи о ласточках...Но это писать, пожалуй, некогда уже...На Торгу целый день туристы, множество групп. Без конца снуют прогулочные теплоходики, шум, многолюдие...Набережная вся в рыбаках...Но клева нет...Воробьи, голуби, галки побираются около рыбаков, - даже и скворцы, птицы, в общем, осторожные, кружатся вокруг рыбацкого хозяйства, поклевывая хлеб и подкормку...Конечно, сейчас - гнездованье, самое трудное, хлопотливое время...Удивительно, вот и весна на исходе...
22 мая, пятница Все это время осваивал программу Photoshop (Фотошоп) - редактирование изображений. Просматривал и реставрировал старые фотографии, одновременно вспоминая все прожитое...Да, конечно, нужно по возможности все это обработать и литературно, не обращая внимания на то, что печатать все это будет негде. До лучших времен, которых сам, конечно, уже не застану, - до лучших времен...Хм...вот и размер всплыл какой-то, вернее, интонация...На Дворище цветет сирень, рябина, в небе целый день ласточки свистят, как мой Панасоник - принтер матричный, для которого наконец-то купил ленту, - тоже проблемы...Однако уже можно будет написанное просматривать в распечатке, от чего не отвыкну никак. Что-то все встало, стихи, Бездна.., Альбом.., Калуга, - никто не пишет, нигде не печатают, никто уже ничего не ждет от меня...Впрочем, и на самом деле, еле хожу. Вот сейчас ездил за лентой для принтера, все зажало, ногу, руку, еле передвигался...Оживу ли когда-нибудь? Отойду ли?..Как-то, когда стало плохо, вдруг подумал, что надо ведь успеть попрощаться со всеми. Всего-то две тысячи рублей надо, две моих сборных зарплаты за два месяца, - и на две недельки бы всего - в Усть-Каменогорск слетать, повидаться с дочками, внучкой единственной, со своей рекой, горами, лесом, с поймой своей, с могилами Владислава Викторовича Ядрышникова, Коли Абрамова, Вадима Гурина, Саши Романова, Дмитрия Карловича Меля...Царство им всем небесное...Ну, что ж, нужно взяться за стихи...Хотя нет особого желания, вернее, писать желание есть всегда, это как и желание жить, но круг ожидания сузился предельно, в общем-то его не осталось совсем. Все как бы для некоего литературного антуража, для условной игры в литературу, а у меня это всегда жизнь...На дворе пасмурно, преддождливо...Но эта хмурость небесная, она по-летнему празднична, не окончательна, и потому радостно-ожидаема...Ах, какие грозы были на Алтае, или это просто молодость была?..Что ж, за дело...
24 мая, воскресенье, день св. Кирилла и Мефодия (Пробы, начала, заготовки, формы, модели, кухня стиха, размеры, выписки, эпиграфы, настроения, музыка, знаки состояний, кое-что, всякое, нечто о...и т.д.)
***
Знаешь ли ты, что Пушкин всегда тоскует весной...И.О. Смирнова-Россет. Записки.
***
Пушкин сидел на стуле; на полу лежала медвежья шкура; на ней сидела жена Пушкина, положив свою голову на колени мужу...И.П. Сахаров. Русский архив, 1875 г. 6, стлб. 955.
***
Поэзия должна быть глуповата...А. Пушкин.
Поэзия должна быть наивной...Шиллер.
Поэзия должна быть сентиментальной...В. фон Гумбольдт.
Поэзия должна быть простушкой...Гете.
***
И в сумраке пускает он
Последнюю стрелу колчана...
Актеон - набросок Пушкина, т. 5, стр. 240.
18:10. Хотел написать нынче миниатюру о Пушкине, - но не получилось...Что ж...
Да, рок необратим, как все на свете,
Но там, вдали, за темной бездной лет,
Он жив еще, не ведая о смерти,
России легкомысленный поэт...
Ходили в Софию. Долго стоял у Константина и Елены - древнейшей фрески 11 в. Нет, это не Византия - это Пермь Великая...Страшно трудно ходить стало, рука и нога буквально замораживаются от напряжения, - и никакого улучшения за эти месяцы, - с Нового года...В общем, становлюсь декоративным человеком, особью типа карликов при Мосфильме, - и толку никакого, но и выгонять жалко...Пушкин о Новгороде, из поэмы Вадим:
Он видит Новгород великой,
Знакомый терем с давних пор;
Но тын оброс крапивой дикой,
Обвиты окна повиликой,
В траве заглох широкий двор...
Я знаю подобное место, это двор Знаменского собора. Нужно сфотографировать: 1. Трава сквозь асфальт. 2. Заросший двор. 3. Стена Петропавловской церкви, на Славне. 4. Сирень Дворища. 5. Одуванчиковые поляны. 6. Улица Бояна. И съездить бы в Александровку и Мытно...
25 мая, понедельник 11:17. Только что ушли сантехники и сварщики, устранявшие течь в трубе, извозили, прожгли и залили водой все что смогли...Всю жизнь приходится терпеть это коммунальное свинство, ставшее почему-то и обязательным, и непременным...Почему?..Вчера, когда на ночь перебирал записи Дневника последних месяцев, увидел вдруг отчетливый сюжет преодоления, - это плохо, не хочется уподобляться Корчагину и Мересьеву, - это гордыня, как сказал Савченко, а точнее, смесь джеклондоновщины, соцреализма и литературной бездарности тех, кто все это выдумывал...А у меня всего-то желаний: стать в парке том старом такой же фигурой, Как эти обычные ясень и вяз…День хмурый, пасмурный, будет дождь...Утром, когда зашел покормить кенара, заметил, как он ждет меня и как радуется, повиснув навстречу мне на стенке клетки...Впрочем, может быть, просто захотел чего-нибудь вкусненького...Когда писал Альбом…и вспоминал нашу жизнь, заметил, что особенно обильны и остры воспоминания владимирского периода. Да, для меня это было время запечатлевания, инбридинга: 1949-1951 гг., мне 10-11 лет, 4-5 классы школы, время кристаллизации интересов, привязанностей, характера, методов общения, да, в общем, всего на всю оставшуюся жизнь. Любопытные были параллели, о которых я, естественно, тогда и не знал. Как раз в эти годы совсем рядом, во владимирской тюрьме в камере 45 сидел в заключении Даниил Андреев и писал поэтический ансамбль Русские боги. А я ходил каждый день в школу мимо этой тюрьмы, за стенами которой как раз в те минуты рождались такие, примерно, строки:
О, если б только сроки! сроки!
О, лишь успеть бы до конца,
До первых нимбов на востоке
Осуществить свой долг гонца.
Гл. 11, Святорусские духи, Я слышу четче.., стр. 248. Вот, а я об этом и не задумываюсь и долг свой почему-то не спешу осуществлять, что-то все тяну с Бездной…и Пантеоном…
25 мая 22:46. Не думал, что день, начавшийся, в общем, без проблем, окажется таким мучительно трудным...Пришло письмо от Юли, грустное письмо не очень счастливого человека, моей дочери, которой я обязан был чем-то помочь в этой жизни, но как-то упустил этот момент, решая собственную нелегкую судьбу, - а потом стало уже поздно...Позвонил ей, все у нее оказалось уже лучше, чем в письме, и на работу устроилась на полставки в музей, и полечилась вроде бы...Но на душе у меня до сих пор тяжесть просто оттого, что все это почти неисправимо, и помочь я уже никому на свете не смогу...Ностальгия...Да, вот мое нынешнее состояние...А по-русски - тоска-кручина, маята, грусть о прошлом, о невозвратном...Уже ни на что не могу смотреть спокойно, ни на фотографии, ни на письма...Все прошло...Ничего не осталось...И все же нужно жить и преодолевать все это душой, любовью, и хотя малой возможностью, - запечатлеть все это и рассказать, светло, умно, красиво, сердечно, - человечно...То есть делать единственное, что возможно еще...А потом, - это состояние и здорового может разрушить...Может, Юля в гости приедет, конечно, ей нужна хоть небольшая радость, внимание, и - что-то необычное...Ну, ладно, что-то придумать надо...Пушкин, Пушкин, выручай...
26 мая, вторник 07:19. Утро ветреное, холодное, серое, с косым дождем поперек Волхова...Тревожно свистит кенар, не пойму, что хочет, вроде покормил уже...А проснулся с чувством, что настроение, подобное вчерашнему, попросту опасно. Нужно быть мужественнее...Но как? И.И. Мечников предельно биологизировал процесс психической самозащиты человека от ужаса временности жизни...Правильное питание, режим и нормальная, активная кишечная флора...Хм...Кишечная флора - это важно, но и прекрасная флора не спасет от самоубийства, когда не захочется жить...Моя мужественная мама знала другую формулу, насколько, в принципе, нелепую, настолько и действенную, - Жить назло врагам! Но у меня и врагов таких нет, назло которым я мог бы что-то делать, тем более - жить...Юрий Казаков в рассказе О мужестве писателя писал, собственно, не о мужестве как таковом, а об умении перетерпевать некоторые писательские неудобства времен соцреализма. Вот эти перлы, которые я когда-то принимал за чистую монету: Нужно быть мужественным, чтобы терпеть и ждать, если талант твой вдруг уйдет от тебя и ты почувствуешь отвращение при одной мысли сесть за стол. Все это - графоманская дребедень по сути, здесь что ни слово, то нарочитость или ложь. Ну, что это такое - приход или уход таланта? Что такое отвращение от работы? У кого это все бывает? Да только у того, кто и впрямь совершенно случаен в деле, за которое он взялся...Никакого мужества здесь нет...И как я восхищался когда-то всей этой мартин-иденщиной?..А Пушкин?
…Сердце в будущем живет;
Настоящее уныло.
Все мгновенно, все пройдет;
Что пройдет, то будет мило.
Это из Если жизнь тебя обманет...Исчерпывающе...Ну, что же...Нужно работать. В том числе и подбирать написанное, пора уже редактировать Дневник, делать из него произведение искусства в жанре - дневник. Т.е. все то же Золотое перо иволги...В конце концов, бывают писательские судьбы, главным итогом которых становится дневник, Чуковский, например. Ведь все остальное, что он написал, просто беллетристика...Может, и мой Дневник, вот этот, кому-то послужит иллюстрацией несколько иного способа жизни, не очень впечатляющего внешне, но с достаточным внутренним содержанием...А может быть, и нет...
26 мая Что я умею: Поднимаю стул, выжимаю от плеча вверх - 3 раза. Зажигаю газ, открываю воду, снимаю очки, держу хлеб. Хлопаю в ладоши, вот ладоши набрал уже левой рукой...Могу брать предметы...М-да...Расхвастался...
27 мая, среда 11:09. Заходил в писательскую организацию. Сегодня будут деньги, но ждать не стал, время жалко. Получил газеты, Вече, нужно послать друзьям. Посмотрел стихи. Да, в общем, не так плохо, как я думал. Вот показаны они плохо, плотно, - трудно читать. День пасмурный, сырой, душный. Цветут яблони, рябины, сирень, запахи, влага, испарения...Везде из земли повылезали дождевые черви - на тепло...Что ж, за работу. План на каждый день:
1. С утра - Бездна….
2. После обеда - остальное: Альбом…; Дневник; разное; переписка. Поэзия - вне очереди.
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_1182.htm