|
Вопрощашуть насе народы, щто есь
мы.
А есва одповендехом,
же смы люде
не умуца крае.
А правяхуть нямо Грьцi а врязi.
Тоi щчто оповеденмо детем нашем,
якове намо буде рекнуть пленовенiемя до очiта,
i iста iмуть
Вопросят нас народы, что мы,
а мы с вами расскажем,
что мы люди,
нет у которых собственной страны,
а правят нами Греки да варяги.
Так и что ж расскажем детям нашим,
которые нам будут отвечать плевком в глаза
- и правы будут?
Дощечка 7г
 Сказ Захарихи про старые могилы
Ой, что же там да за старые могилы стали,
Ой, что ж там за курганы стоят?
А в тех курганах счастье наше спит,
А в тех зеленых - люди лежат!
А лежат там люди, Цари наши старые,
А лежат Царицы, Вояки с Коньми,
А лежат там Угодники Божьи, дети, старцы,
А ждут они Страшного Суда Божия,
А и выйдут они потом на радость нашу,
И станут попереди нас, за нас ответ держать,
А и скажут они: То же дети наши!
А коли они в чем виноваты, так мы здесь,
А мы за них отвечаемо, за них страждемо!
А коли ж они что наделали греховного,
Так мы за них ответ несем!
А коли они добра делали много,
Так и наш общий грех нам позбавится!
А коли ж они ни добра, ни зла не делали,
Так и то им в добро сочтется!
А коли ж они зло делали, да прятались,
Да умерли, что ни одна душа не знала,
Как жили они, что творили,
Так те люди - не наши дети,
А за них стыдимся, от них отрекаемся!
А несем ответ только за тех из них,
Кто признал грехи свои и в них каялся! -
И скажет Бог в ответ им всем:
Идите до Рая Моего, ибо не знали Меня,
Но жили, как если бы знали, за то прощаю вас,
И детей ваших грешных прощаю тоже,
А тех не прощаю, что не прощаете и вы,
А те пойдут от Меня в Ад Вечный,
И будут там мучиться до скончания Веков! -
И скажут Угодники Божьи самому Богу:
А что же будет с ними по скончании Веков? -
И ответит Бог, скажет им: Гляньте!
А что в Книге Моей написано, то прочтите,
Но никому не говорите о том ни слова! -
И прочтут Угодники Божьи слова те,
Перекрестятся, поклонятся и отойдут прочь
Сказы Захарихи
http://kirsoft.com.ru/mir/KSNews_40.htm
Курган
I Паміж пустак, балот беларускай зямлі,
На ўзбярэжжы ракі шумнацечнай
Дрэмле памятка дзен, што ў нябыт уцяклі,
Удзірванелы курган векавечны.
Дуб галлё распусціў каранасты над ім.
Сухазелле у грудзі ўпілося;
Вецер стогне над ім уздыханнем глухім, -
Аб мінуўшчыне ў жальбах галосе.
На купалле там птушка садзіцца, пяе,
У піліпаўку воўк нема вые;
Сонца днём распускае там косы свае,
Ночкай зоры глядзяць залатыя.
Хмары неба ўсцілалі мо тысячу раз,
Перуны білі з краю да краю, -
Ён стаіць - гэта памяць людская, паказ...
Толькі гутарка ходзіць такая.
II На гары на крутой, на абвітай ракой,
Лет назад таму сотня ці болей,
Белы хорам стаяў, недаступнай сцяной
Грозна, думна глядзеў на прыволле.
У нагах у яго рассцілаўся абшар
Хвоек гонкіх і пахані чорнай,
Сонных вёсак шары, хат амшалых, як мар,
Хат з сям'ёй душ падданых, пакорных.
Князь у хораме жыў, слаўны свету ўсяму,
Недаступны і грозны, як хорам;
Хто хацеў, не хацеў - біў наклоны яму,
Спуску, ласкі не знаў непакорам.
Зневажаў, катаваў ён з дружынай сваёй;
Стражы князевы - ў полі і дома,
Толькі модлы раслі небу ў сэрцах людзей,
І пракляцце расло пакрыема.
III Раз бяседа вялікая ў князя была:
На пасад дачку княжну садзілі:
За сталом він заморскіх крыніца цякла,
Бегла музыка ўкруг на паўмілі.
На вяселле-разгул наплыло, як на сход,
Госці знатных зусюль, за паўсвету,
Гэткай гучнай бяседы не номніў народ,
Гэткіх скарбаў, брыльянтаў, саетаў!..
Дзень, другі ўжо грымела у князя гульня,
І музыкі, і чаркі звінелі;
Выдумлялі забаў новых кожнага дня;
Што хацелі - ўсяго госці мелі.
Ажно трэцяга дня князь прыдумаў адну
Для дружыны пацеху-забаву:
Загадаў ён пазваць гусляра-старыну,
Гусляра з яго ведамай славай.
IV Акалічны народ гуслі знаў гусляра;
Песня-дума за сэрца хапала;
Вакол гэтай думы дудара-званара
Казак дзіўных злажылась нямала.
Кажуць, толькі як выйдзе і ўдарыць як ён
Па струнах з неадступнаю песняй, -
Сон злятае з павек, болю цішыцца стогн,
Не шумяць ясакары, чарэсні;
Пушча-лес не шуміць, белка, лось не бяжыць,
Салавей-птушка ў той час сціхае;
Паміж вольхаў рака, як штодзень, не бурліць,
Паплаўкі рыба-плотка хавае.
Прытаіцца да моху русалка, лясун,
Каня вечнага «піць» не заводзіць:
Пад звон-песню жывучых гусляравых струн
Для ўсіх папараць-кветка ўзыходзіць.
V Прывяла гусляра з яго ніўных сяліб
Дворня князева ў хорам багаты:
Пасадзіла на ганку, між клёнаў і ліп,
На цагляным парозе магната.
Невыдумная світка - убор на плячах,
Барада, як снег белы - такая,
Незвычайны агонь у задумных вачах,
На каленях ляглі гуслі-баі.
Водзіць пальцам худым па сталёвых струнах,
К песні-музыцы ладзіцца, строе;
Водклік б'ецца ад струн па сцюдзеных сцянах,
Заміраючы ў сховах пакояў.
Вось настроіў, навёў тон у струнах як след,
Не зірнуўшы на гулі ні разу,
І сядзіць гэты сумны, як лунь, белы дзед,
І чакае ад князя прыказу.
VI - Што ж маўчыш ты, гусляр, ніў, лясоў песнябай,
Славай хат маіх подданых слаўны?!
Нам сягоння зайграй, нам сваіх песень дай, -
Князь умее плаціць незвычайна!
Запяеш па душы, дасі ўцехі гасцям -
Поўны гуслі насыплю дукатаў;
Не пад мысль песня будзе каму-небудзь нам -
Канапляную возьмеш заплату;
Знаеш славу маю, знаеш сілу маю...
- Многа знаю і чуў аб табе я, -
І я сам, як і ты, так табе запяю...
- Ну, пара пачынаць, дабрадзею! -
Гэтак слухае, выслухаў князя гусляр,
Заіскрыліся вочы сівыя,
Патануў у скляпеннях адзін, другі ўдар,
І заплакалі струны жывыя.
VII Гэй ты, князь! Гэй, праслаўны на цэлы бел
свет,
Не такую задумаў ты думу, -
Не дае гуслярам сказу золата цвет,
Белых хорамаў п'яныя шумы.
Скурганіў бы душу чырванцом тваім я;
Гуслям, княжа, не пішуць законаў:
Небу справу здае сэрца, думка мая,
Сонцу, зорам, арлам толькі роўна.
Бачыш, княжа, загоны, лясы, сенажаць, -
Ім пакорны я толькі з гуслямі,
Сілен, княжа, караць, галаву сілен зняць, -
Не скуеш толькі дум ланцугамі.
Славен, грозен і ты, і твой хорам-астрог,
Б'е ад сцен-цэгел лёдам зімовым;
Сэрца маеш, як гэты цагляны парог,
І душу - як скляпоў гэтых сховы.
VIII Глянь ты, слаўны ўладар, па палеткі свае:
Сарачні там сох бачыш, як блудзе;
А ці чуў ты, аб чым там араты пяе,
Дзе і як жывуць гэтыя людзі?
Глянь у лёхі свае, ў падзямеллі глянь, князь,
Што настроіў пад хорамам гэтым:
Брацці корчацца там, табой кінуты ў гразь,
Чэрві точаць жывых іх, раздзетых.
Ты ўсё золатам хочаш прыцьміць, загаціць...
Ці ж прыгледзеўся, хорамны княжа?
Кроў на золаце гэтым людская блішчыць,
Кроў, якой і твая моц не змажа.
Ты брыльянтамі ўсыпаў атласы і шоўк -
Гэта цертая сталь ад кайданаў,
Гэта вісельні петляў развіты шнурок,
Гэта, княжа, твае саматканы.
IX Стол ты ўставіў ядой, косцей шмат пад сталом,
-
Гэта косці бядноты рабочай;
Пацяшаешся белым, чырвоным віном, -
Гэта слезы нядолі сірочай.
Хорам выстраіў ты, твайму воку так міл,
Адшліфованы цэгла і камень, -
Гэта - памяткі-пліты з няўчасных магіл,
Гэта - сэрцаў скамененых пламень.
Люба чуці табе скочнай музыкі звон:
Ты, дружына п'яце асалоду, -
А ці ўслухаўся ты, як плыве з яе стогн,
Стогн пракляцця табе, твайму роду?!
Ты збялеў, ты дрыжыш, слаўны княжа-ўладар!
Госці хмурны, а дворня знямела...
Ну, што, княжа? пара даць за песню мне дар!
Выбачай, калі спеў мо няўмела. -
X Князь стаіць, князь маўчыць, жуда, помста
б'е з воч;
Гулі зглухлі: ні жартаў, ні смехаў...
Думаў князь, выдумляў, грымнуў шабляй наўзбоч,
Толькі з лескатам выбегла рэха.
- Гэй ты, сонцу раўня, не на тое пазваў
На вяселле цябе сваей княжны!..
Ты шалёны, стары! хто цябе дзе хаваў?
Ты, знаць, вырадак цемры сярмяжнай.
Ты адважыўся мне на сляпы перакор
Вызваняці сусветныя трэлі;
Платы маю шмат я для такіх непакор,
Хто сябе проці мне стаць асмеліў,
Я па-князеўску ўсім і плачу, і люблю!
Ты не хочаш дукатаў - не трэба!..
Узяці старца і гуслі жыўцом у зямлю!
Знае хай, хто тут пан: я - ці неба!
XI Падхапілі, ўзялі гусляра-старыка.
Гуслі разам яго самагуды:
Па-над бераг круты, дзе шумела рака,
Павялі, паняслі на загубу.
Месца выбралі здатнае, вырылі дол,
Дол тры сажні шырокі, глыбокі;
Закапалі, убілі асінавы кол,
Далі насып тры сажні высокі.
Не часалі дамоўкі яму сталяры,
Не заплакалі бліжнія вочы;
Змоўклі гуслі і ен з той пары - да пары;
Сум і сціша залеглі, як ночай.
Толькі князеўскі хорам гудзеў, не маўчаў:
Шалы, музыка ў тахт рагаталі;
Не адну віна бочку князь кончыў, пачаў:
Шлюб-вяселле ўсе княжны гулялі.
XII Пацяклі, паплылі за гадамі гады...
На гусляравым наспе жвіровым
Палыны узышлі, вырас дуб малады,
Зашумеў непанятлівым словам.
Лет за сотню звёў час, ці і болей мо лет,
Зацвілі пераказы ў народзе;
Кажуць людзі: ў год раз ночкай з гуслямі дзед
З кургана, як снег, белы выходзе.
Гуслі строіць свае, струны звонка звіняць.
Жменяй водзіць па іх абамлелай,
І ўсе нешта пяе, што жывым не паняць,
І на месяц глядзіць, як сам, белы.
Кажуць, каб хто калі зразумеў голас той,
Не зазнаў бы ніколі ўжо гора...
Можна тут веру даць, толькі слухаць душой...
Курганы шмат чаго нам гавораць.
Янка Купала. Курган
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_741.htm
Курган
В степи, на равнине открытой
Курган одинокий стоит;
Под ним богатырь знаменитый
В минувшие веки зарыт.
В честь витязя тризну свершали,
Дружина дралася три дня,
Жрецы ему разом заклали
Всех жен и любимца коня.
Когда же его схоронили
И шум на могиле затих,
Певцы ему славу сулили,
На гуслях гремя золотых:
О витязь! делами твоими
Гордится великий народ,
Твое громоносное имя
Столетия все перейдет!
И если курган твой высокий
Сровнялся бы с полем пустым,
То слава, разлившись далеко,
Была бы курганом твоим!
И вот миновалися годы,
Столетия вслед протекли,
Народы сменили народы,
Лицо изменилось земли.
Курган же с высокой главою,
Где витязь могучий зарыт,
Еще не сровнялся с землею,
По-прежнему гордо стоит.
А витязя славное имя
До наших времен не дошло...
Кто был он? Венцами какими
Свое он украсил чело?
Чью кровь проливал он рекою?
Какие он жег города?
И смертью погиб он какою?
И в землю опущен когда?
Безмолвен курган одинокий...
Наездник державный забыт,
И тризны в пустыне широкой
Никто уж ему не свершит!
Лишь мимо кургана мелькает
Сайгак, через поле скача,
Иль вдруг на него налетает,
Крылами треща, саранча.
Порой журавлиная стая,
Окончив подоблачный путь,
К кургану шумит подлетая,
Садится на нем отдохнуть.
Тушканчик порою проскачет
По нем при мерцании дня
Иль всадник высоко маячит
На нем удалого коня;
А слезы прольют разве тучи,
Над степью плывя в небесах,
Да ветер лишь свеет летучий
С кургана забытого прах...
А.К. Толстой. Боривой
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_682.htm
А.К. Толстой. Змей Тугарин
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_681.htm
http://www.heretics.com/library/poetry/tolstoi/tolstoi.htm
Еще византийские историки в десятом веке со страхом
писали о русских воинах Святослава: Россы почитают
ужасным бедствием лишиться славы и быть побежденными.
В кольчужных бронях, с огромными, до самой земли,
щитами, выставив копья и сомкнув щиты наподобие стены,
они бросаются на неприятеля с ужасным и страшным воплем
и дерутся, как бешеные львы. Смерть они предпочитают
позору и никогда живые не сдаются неприятелю, но,
вонзая в чрево меч, себя убивая...
А.Н. Толстой. Откуда пошла Русская земля
В 2001 году при исследовании погребально-поминального
комплекса Аржан-2 в Туве было открыто не потревоженное
захоронение представителей высшего социального слоя
эпохи ранних кочевников (Чугунов, Парцингер, Наглер,
2002). Скелеты мужчины и женщины были буквально усыпаны
изделиями из золота, некогда украшавшими парадные
одежды. Богатство погребального наряда и сопровождающих
покойников вещей говорит о том, что они принадлежали
верхушке кочевой знати. Оба погребенных были одеты
в костюмы, вышитые золотыми бляшками. Головные уборы
были украшены золотыми пластинами в виде лошадей,
оленей, барсов. Один из них венчали золотые шпильки
с гравировками в зверином стиле. В области шеи и груди
найдены серьги, многочисленные подвески и бусы из
золота, бирюзы, пирита и янтаря. На шее одного из
погребенных располагалась массивная золотая гривна.
Вся поверхность гривны, также как и многих других
предметов, украшена изображениями животных - лошадей,
оленей, баранов, кабанов, верблюдов, барсов. Штаны
были расшиты мельчайшим золотым бисером, голенища
сапог обтянуты золотым листом. Перед лицами покойных
были уложены бронзовые зеркала. По углам погребальной
камеры на вертикально установленных шестах был развешен
сопроводительный инвентарь. В западном углу висела
золотая пектораль, кожаные сосуды с зернами, деревянный
ковш, бронзовая и каменные курильницы. В северном
- находился парадный пояс, на портупее которого были
закреплены лук с колчаном, плеть и боевой клевец.
Все оружие, найденное в погребении было сделано из
железа. Короткий меч-акинак, ножи, клевец и даже наконечники
стрел также были украшены золотым орнаментом, выполненном
в традициях скифо-сибирского звериного стиля. Войлоки,
ткани, кожаные изделия и одежда не сохранились, однако
украшавшие их золотые нашивные бляшки, обоймы, ворворки,
бисер позволяют с большой долей достоверности реконструировать
убранство погребальной камеры и захороненных в ней
людей.
К.В. Чугунов, Г. Парцингер, А. Наглер
Ювелирные изделия из кургана Аржан-2. Вопросы происхождения
комплекса
http://www.arzhan2.nw.ru
На тщательно обработанном полу на войлочных подстилках
лежали двое погребенных - мужчина и женщина. Костюмы
усопших были расшиты золотыми бляшками, причем на
мужском платье они были литые (около 2,5 тысячи штук),
а на женском более легкие, тисненные (примерно 2,2
тысячи). Предметы сохранились настолько хорошо, что
по расположению бляшек впервые в археологической практике
удалось прочитать узор, который они образуют на одежде.
Золото было повсюду. Даже ботфорты сапог "царя" покрывали
листы золота. Штаны украшал золотой бисер - такой
мелкий, что трудно представить иглу, которой он пришивался
к ткани. На шее мужчины висела массивная золотая гривна
весом 1,5 килограмма - символ власти. Да и женский
костюм потрясал роскошью. Шею и грудь усопшей украшали
многочисленные подвески и бусы из золота, бирюзы,
сердолика и даже янтаря.
http://www.smena.ru/arc/22965-log.html
http://www.povodok.ru/news/2002-03-09.html
http://www.hermitage.museum.ru/html_Ru/11/b2003/hm11_1_38.html
http://www-sbras.nsc.ru/HBC/2002/n11/f03.html
Скифская эпоха Алтая
http://altnet.ru/~skith/
Профессором Пенсильванского университета В. Майером
были исследованы останки 113 светловолосых мужчин
и женщин с длинными носами и отнюдь не узкими глазами,
извлеченных китайскими археологами из Красного кургана
в Синцзян-Уйгурском автономном районе КНР. Возраст
находок - от 2.5 до 4 тыс. лет. Выделка ткани на одеждах
- а они сохранили краски - похожа на существовавшую
тогда в Европе. Обнаруженные в кургане колеса не отличить
от тех, которые использовались в тот же период на
территории современного юга России. (Омск вечерний.
Неделя, 26 августа 1998г., с .13). Все это говорит
по крайней мере о скифском, т.е. арийском характере
находок.
http://www.kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_435.htm
Наиболее ранним и четко написанным списком полной
редакции является список Синодального собрания ГИМа.
Он представляет собой компактную книгу в четверть
листа, т. е. 4°, содержащую 376 листов, переплет сделан
из досок, обтянутых коричневой кожей с застежками.
Водяной знак состоит из филиграни: голова {345} шута
с семью бубенцами и литер CDG, принадлежащих голландской
бумаге 80-х гг. XVII в. 3 В печатную рамку вписаны
киноварью название книги, заголовки и инициалы. Буквенная
нумерация листов и почерк - беглый полуустав - подтверждают,
что это был один из старших списков, составленных,
очевидно, в 90-е гг. XVII в. В заглавии указана дата
составления книги (1692), которая повторяется во всех
других полных списках. Не остается сомнения, что книга
была написана А. И. Лызловым в 1692 г. Этот список
и был выбран для данного издания Скифской истории.
А.И. Лызлов. Скифская история. (1692)
http://shard1.narod.ru/biblio1.htm
Л.П. Васильченко. Природа славян
http://ou.tsu.ru/school/natureslav/19.html
Ізборник - 2003
http://izbornyk.narod.ru/
Сравнительная таблица азбук (велесовица, кириллица,
глаголица)
http://www.rql.kiev.ua/kurgan/
Сайт древнерусской литературы
http://old-russian.chat.ru/
От Руси древней до империи Российской
http://rus-hist.on.ufanet.ru/index.html
Г. Галкина. Языческие божества древних славян
http://www.websib.ru/~gardarika/Kapishe/volxv.htm
Значение наследия древних славян
http://akm.narod.ru/_g_4.htm
Летописи
Літопис Руський / Переклад і комент. Л.Махновець.
- К., 1989. - 590с.
Новгородская первая летопись. - М.-Л., 1950. - 659
с.
ПСРЛ, т. 1. Лаврентиевская летопись. Изд.2. - Л.,
1926. - 543стб.
ПСРЛ, т. 2. Ипатьевская летопись. Фототип. изд. 1908
г. - М., 1962. - XVI - 938 стб. - 87 с. - IVc.
O забитю князя Гедимина литов[ского]. Року от Рожества
Христова 1328. Кгедимин, великий князь, того
року от немцов в Прусех забит з ручници и там на том
же местцу душу вырихнул. Сынове тело его припроводили
до Вилня и все его рицерство, и там обычаем поганским,
наложивши великий сруб смолного дерева, смолины сосновой,
гроб ему наготовали. A потым, гды все седмь сынов
на погреб отца своего з[ъ]ехалися, убрали его в одежу
княжую цветную, в которой сам за живота найлепшей
кохался, a при нем шаблю, рогатину, сагайдак, соколов
пару, хортов пару, коня животного з седлом, слугу
его, найвернейшого коханка, з ним звязавши на стос
дров положили, так теж зброю его и часть некую лупов
неприятелских и трох вязнев немцов збройных живых,
вколь дрова запаливши, з ним спалили. A гды горели
уже, на той час плакали з великою жалостю всего рицерства,
кидали в огнь пазногти рисии и медвежии, як был в
них звычай стародавный. Потым, гды тела погорели,
пепел особно и кости якая если не згорела, княжие
от конских и псих зобравши в труну зашпунтовавши,
там же в землю поховали и до места Вилня вернулися
все.
ПСРЛ, т. 32. Литовськая и Жмоитская хроника. - М.,
1978. - 320 с.
ПСРЛ, т. 35. Летописи Белорусско-Литовские. - М.,
1980. - 306 с.
Кройніка о початку і назвиску Литви
http://litopys.narod.ru/dynasty/dynbibl.htm
Продолжение
http://kirsoft.com.ru/freedom/KSNews_689.htm
|