Риши - создатели гимнов РВ Для того, чтобы стали яснее содержание и особенности стиля РВ, необходимо сказать несколько слов о создателях гимнов этого собрания. В анукрамани авторы гимнов называются словом rsi - поэт, мудрец (от корня rs/ars - устремляться, течь, изливать). В тексте гимнов их называют еще kavi - мудрый, мудрец, поэт (ср. русск. ковать), vipra - вдохновенный, трепетный, поэт, певец (от корня vip - трепетать, дрожать), а также karu - певец, вдохновитель (от kar - восхвалять). Из этих названий-синонимов последнее указывает на характер и исполнение создаваемых ими произведений, в основе же остальных названий лежит понятие мудрости и вдохновения. Поэт в обществе Ариев РВ считался носителем той имманентной мудрости, которая в моменты озарения открывается богами отдельным избранным лицам. Поэт молит богов о том, чтобы ему были дарованы эти мгновения просветления, когда перед ним раскрывается божественная истина, сокрытая от обычных людских взоров. Мудрость - это раскрывающаяся на мгновение картина. Способ ее постижения - видение. Видит поэт внутренним взором, интуицией, внезапная вспышка которой озаряет для него божественную картину истины (мифологической, ритуальной, философской). Не раз подчеркивалось, что ведийские поэты были визионерами, они видели истину, и глагол dhi, описывающий творческую деятельность риши, значит одновременно видеть и думать, а соответствующее корневое существительное dhi f. Означает видение, мысль, мудрость. В контексте этой культуры - видеть - является синонимом - постигать истину…По ведийским представлениям, поэты не создавали сами новых поэтических картин, а только облекали в слово те картины, принадлежащие миру богов, которых не видят простые смертные. Благодаря этой своей деятельности поэт сопричастен миру богов. Некоторым родам риши в РВ приписывается полубожественное происхождение - например, Ангирасам (Angirasah), Бхригу (Bhrgu). Кроме того, поэт РВ отчетливо осознает, что сила видения, или вдохновение, дается ему богами. Вдохновение дает возможность поэту владеть Божественной Речью, которая в РВ персонифицируется в виде богини Вач (Vac - f. сово, речь). Ей посвящен один из гимнов РВ (X, 125), в котором в форме самовосхваления Божественная Речь провозглашается космогоническим принципом, несущим на себе богов и заполнившим собой небо и землю (ср. роль Слова в христианской традиции). Мифологизированному сознанию поэт представляется целиком зависимым от Вач - ср. слова этой богини в X, 125, 5: Кого возлюблю, того делаю могучим, того - брахманом, того - риши, того - мудрым. Роль слова, или молитвы, лучше всего описывать в РВ как циклическую. С помощью слова поэт молит богов даровать ему вдохновение и различные блага, получив же от богов вдохновение, он создает гимны, дающие ему возможность воздействовать на богов и те силы, от равновесия которых зависит вселенная и соответственно мир ведийского ария. Из всего сказанного вытекает функция поэта как посредника между богами и людьми. Она проявляется не только в особой природе внутреннего видения, которым обладает поэт. На поверхностном уровне она выражается также ив том, что поэт часто сочиняет гимны богам по заказу устроителя жертвоприношения (yajamana) - царя или какого-нибудь другого богатого покровителя. Молитва составляла важнейшую часть жертвоприношения. Она, как считали риши, очищала жертвоприношения, подобно фильтру, через который проходит сок сомы в процессе приготовления амриты. Средоточием вдохновения, силы, вложенной туда богами, были сознание, ум или сердце (manas слово, обьединяющие все эти значения, hrd - сердце как место, где сосредоточены духовные силы человека). Очищаясь в сердце поэта, молитва материализовалась в форме сакральной речи, превращаясь в средство общения с богами. Деятельность поэта, таким образом, изофункциональна деятельности жреца: один воздействует на богов словом, другой - принесением жертвы. И тот и другой вид деятельности моделируется общей ситуацией: адепт - божество, в которой сообщение от одной стороны к другой передается с помощью посредника. Первоначальное назначение поэтического творчества риши было, судя по всему, именно ритуальным. (Этому никак не противоречит тот факт, что в РВ часть гимнов не соотносится ни с каким конкретным ритуалом). Культовый по существу характер поэзии РВ обьясняет ряд конструктивных особенностей ее содержания, стиля и поэтического языка. У некоторых классов жрецов поэт и жрец могли, по-видимому, совпадать в одном лице. Авторы гимнов-риши принадлежали к жреческим родам, в которых это искусство было наследственным, хотя, как говорилось выше, путь в риши во времена РВ не был закрыт для отдельных одаренных людей со стороны. В этой среде гимны когда-то создавались, а затем устно передавались из поколения в поколение и таким образом хранились. Искусство риши было традиционным: образцом, каноном, служили произведения древних риши - легендарных родоначальников, которым иногда приписывалось божественное происхождение. Для авторов гимнов РВ существовало важное противопоставление древних, прежних и новых, теперешних риши и гимнов (purvya, pratna - nutana, nava, navya), Искусство состояло в том, чтобы удачно следовать древним образцам. Если учесть еще, что набор тем был задан и весьма ограничен, к тому же в пределах каждой темы существовал некоторый набор принятых словесных формул-штампов, то это дает представление о том, насколько ведийский риши был запрограммирован в своем творчестве. Ткали вариант заданного узора по заданной канве. Кстати, сами поэты для описания своего творчества постоянно использовали термины разных ремесел. Поэт вытесывал (taks) свой гимн, как плотник колесницу; ткал (va) нить гимна по утку; вымерял (ma) гимн стихотворным размером. Все это никак не унижает поэтического искусства, поскольку социальный престиж этих ремесел был явно высок. Именно благодаря своему традиционному характеру искусство риши РВ донесло до нас отражение крайне архаичных пластов, восходящих к общеиндоевропейсому периоду. Это и отношение к Речи как особой творческой силе, превращающей обычный текст в поэтический; и роль слова, являющегося посредником между миром людей и миром богов (отражение индоевропейской формулы: Мысль - Слово - Дело)

Содержание РВ Второе представление, существенное в этой ситуации, заключается в трактовке времени как циклического процесса. Боги, совершившие некогда героические подвиги, подкрепленные адептами с помощью жертвоприношений и молитв, снова должны повторить свои подвиги (Индра - убить змея Вритру и выпустить запруженные воды; Индра, Брихаспати или Ангирасы - пробить скалу Вала и выпустить оттуда спрятанных демонами Пани коров, утренние зори, свет и проч.; утренняя заря Ушас - вовремя сменить свою сестру Ночь и даровать арию свет и богатства, жрецам - награду, выплачиваемую на заре, и т.п.). В этой связи представляется весьма вероятной гипотеза Кейпера о том, что для Ариев с их циклической трактовкой времени в конце каждого года организованный космос возвращается к исходному положению изначального хаоса и космогонический акт должен повторяться снова. Древнейшее ядро РВ с точки зрения этой космогонической теории представляет собой собрание гимнов, связанное с новогодним ритуалом. Отсюда проистекает и известная монотонность содержания этого памятника, бесконечные перепевы одних и тех же мифологических мотивов: Индра убивает Вритру; Агни, Ушас, Савитар, Сурья снова дают солнечный свет после наступившего мрака. Эта теория также согласуется с идеей изоморфности годового и суточного циклов и - более широко - макрокосма и микрокосма. В свете этих общих представлений становится понятным, почему столь неопределенным часто выглядит для современного читателя время, в котором ведется повествование в РВ: то ли действие происходили в незапамятные времена, то ли оно происходит сейчас, или, может быть, оно только будет происходить…Следует отметить, что если адресат стоит не в единственном числе, обозначая при этом неоднородные единицы, то его семантическая характеристика обычно бывает не равна сумме просьб, образующих характеристику каждого божества в отдельности. Так обращаясь к Индре и Агни, риши просит их прийти и пить сому, в то время как это просьбы, характерные только для Индры (Агни не надо приходить, он и так среди людей). В гимнах Митре-Варуне просьбы к Варуне как к карающему божеству блекнут. Таким образом, эти гимны представляют собой своего рода слабую позицию для выяснения дифференциальных просьб, свойственных каждому отдельному божеству. Иное дело гимны, в которых божества составляют семантическое единство, как, например, Ашвины или Маруты.
…Другой редуцированный вариант представлен в том случае, когда отсутствует апеллятивная часть и при этом адресант совпадает с адресатом, т.е. божество восхваляет само себя (atmastuti самовосхваление - по анукрамани), и в этой ситуации просьбы, естественно, оказываются излишними. Повествование ведется в 1-м лице единственного числа, типа: Я убил Вритру, Я перегнал на скачках Сурью, Я дал певцу высший дар и т.п. (X, 49 - самохваление Индры). Гимнов-самовосхвалений в РВ немного (они заключены в мандале X), встечаются также отдельные стихи-самовосхваления. Один раз форма самовосхваления используется, когда оно относится не к божеству, а к женщине, подчинивший своего мужа (X, 159). Экспликативная часть в принципе не редуцируется. Она  составляет основу гимна-восхваления.
…Есть при всем том некоторая часть гимнов РВ, ритуальный характер которых не вызывает сомнений, из них надо прежде всего назвать небольшую группу гимнов-апри (apri букв. умилостивление). Содержание их банально: оно сводится к просьбам к определенным божествам и приглашением их на жертвоприношение. Они неинтересны также в художественном отношении. Смысл их заключается в ином. Эти гимны в среднем в 11 стихов все построены по одному плану: каждый стих содержит определенное ключевое слово. Их набор повторяется из гимна в гимн, варианты минимальны и определяются, видимо тем, ритуалу какого рода певцов следует риши. Формально они примыкают к гимнам Агни, к которому обращены первые три стиха. Эти литургические гимны исполнялись в связи с обрядом жертвоприношения животных, который происходил обычно в начале жертвования сомы