Едучи по южным отлогостям Карпатского хребта с запада на восток, путешественник встречается с людьми русскими в окрестностях Бардеёва и Ужьгорода, или как мы привыкли называть, Бартфельда и Унгвара. Русины по вере живут и западнее, в столицах (комитатах) Гоморской, Спишкской, Шаришской, Земненской; но это - русины по вере, люди русской веры, по языку и народности они - Словаки и Мадьяры: все униаты и православные называются в Венгрии Русинами, если только они не Волохи и не Сербы. На востоке же от окрестностей живут люди русские в полном смысле этого слова, родные братья наши, однокровные с нами потомки древней Руси, и по народности и по своим древним воспоминаниям. В эпархи Мукачесвской, идущей по столицам Земненской, Унгварской, Сабольской, Угочьской, Сатмарской, Бережской и Мармарошской, живут они в числе 470000 или около того; в эпархи Прешовской, простирающейся по столицам Шаришской, Спишской, Гоморской, Торненской, Абаюварской, Боршадской и Земненской, их можно считать до 50000; всего слишком 500000 (Головацкий по расчету за 1840г. насчитал в шести столицах 411500 из 1031271 общего числа жителей, из которых 2082000 принадлежат к церкви римско-католической, а 374631 к числу униатов). Преимущественно русскими назвать можно столицы Мармарошскую, Бережскую, Угочьскую, Унгварскую, Шаришскую и половину Земненской.
Примыкая на западе к Словакии, на юге к Мадьярам и Волохам, а на севере к Гусинам Галицким, они отделяются от последних хребтом гор Карпатских, называемых там Бескидами или Бесчадью, и занимают южные и западные склоны этих гор, по бассейну верхней Тисы на юге до Ауйдака (Tissa Ujlak), по бассейну Латорицы и Уга до их соединения, по бассейну Люборцы, Ондавы и Топлы и по верховьям Торисы (Черта, по которой они соседят с Словаками, мадьярами и Волохами, идет от вершины Чевгина и Кукольника по Тисе, где находятся последние русские селения Поляна, Русскова, Костел (Rhonaszek), от Витовы левым берегом Тисы до Вишкова (Visk) к востоку, Варёва (Vari), оттуда через Латорицу к Капошанам (Kapos) и на севере около Михайловцев (Nagy Mihaly) вверх, южнее Пряшова (Eperies) по Торице к долине Попрадской).
Правда, что и вне этого пространства можно встретить в Венгрии селения русские; но они образовались из переселенцев позднейшего времени и лежат разбросанно в разных краях. Правда и то, что внутри пространства, нами обозначенного есть селения нерусские, а кое где довольно важные по количеству народа, но и они суть поселения новые, а не остаток древнего народонаселения, которым считать можно одних Русинов (кроме русинов жили еще в этом крае Волохи, как свидетельствует уцелевшие до сих пор названия селений и вообще местностей, на пр. Брустура, талабор и т.п.).
Все русские в этом краю не иначе называют себя, как именем Русинов или, собирательно, Русью. Есть и местные названия: так восточная часть Мармарошской столицы называется у них Мармарией, Мармарщиной, а жители носят имя Гуцулов; погорья западной части столицы Мармарошской и север столицы Бережской называются Верховиной, а жители - Верховинцами. Далее на запад, в столицах Унгварской и Земненской, простирается Краина, по имени которой и жители слывут Крайнянами. В соседстве с ними живут Сотаки - смесь русинов и Словаков (Сотаки или Шотаки живут в Земненской столице (Zempliner comitat), особенно в Краинской округе, с вершин Карпатских гор за гумейное (Homona)…Вот отрывок для образца чистого сотацкого наречия:
Ти с мору медзу свою указал,
А ту си му престуниц заказал,
А бы уж вецей ту земь не задjало
Лjем медзи свима брегами се грало.
Ти си змедзи гор жредла отворел,
З них водне потоки випровадзел,
Ктери з росказу твоjого се точа,
А черствим бегом удоли омоча.
Несколько книг на таком сотацком наречии издано было в Дебрецине, Шарош-Патаке и пр. Наречие это принадлежит преимущественно Сотакам кальвинского исповедания. Другие, исповедуя православие, говорят наречием более смешанным с русским). Наконец жители горной части столицы Шаришской, которую называют Макова, известны под именем Маковцев или Маковян. Есть еще Бойки: так называют всех горян северных от верховий Латорицы к Папраду; но сами горяне этого названия стыдятся, считая это за бранное прозвище. Все эти местные названия нисколько, впрочем, не заглушают общего имени - Руси.
Утесы гор и чащи лесов, их окружающие, искони затрудняли связи этого отдела русского народа с остальными частями; тем не менее самое название Русин, равносильное мадьярскому orosz-ember - русский человек, одинаково народное и в венгерской Руси и в Руси Галицкой, свидетельствует, что эти связи были: только в следствие их народ мог усвоить себе имя, принадлежащее его соотчичам в других землях.
О древних судьбах русинов закарпатских ни летописи, ни предания не сохранили никаких верных показаний. Нельзя сказать с достоверностью, были ли они, все ли вообще или частями, в конце IX века подданными киевского Олега и его современника князя моравского Святополка; нельзя определить, когда именно они принуждены были подчиниться власти Мадьяров, до падения ли княжества Моравского в 907г. или позже. Только русская вера их свидетельствует, что они приняли христианство не после Мадьяров, не через них; а свидетельство об учреждении эпархий в Венгрии королем Стефанов дают знать, что русины не были причислены ни к одной из них и следовательно подчинены были особенной…В тумане остаются судьбы закарпатских Русинов не только до XIIIв., но и позже. В летописях и грамотах их соседей отьискиваются только отрывочные напоминания об их крае и ничего о народе. Так есть свидетельство, что король венгерский Андрей II в 1213г. подарил рыцарям Тевтонского ордена землю Боржовскую (Borzsa) в столице Мармарошской; что в XIIIв. на большой дороге, известной в древности под названием Угорских ворот, стояли уже города Бардеёв и Пряшов (Эпериес); о первом из них упоминает и наши летописи (Даниил иде из Угор в Ляхи на Бардуев и приде в Судомир - Ипат.Л. 178); что соль в Мармароши добывалась во время короля Белы IV (ум. 1275), и т.п. В 1329г. король Карл I дал привилегии городам мармарошским: Вишкову, хусту, тячеву и Долгополю (Villae Marmatie: Visk, Huszth, Teczo, Hoszsumero), а король Людовик I, подтверждая грамоту Карла I в 1352г. причислил к четырем городам и пятый - Сигот (Sziget). В это время многолюдны были селения: Тройчаны (Trojcsan), Ружин (O Ruzsin), Байровцы (Bajorvagas) и некоторые другие.
Напоминание наших летописцев XIII и XIV веков об уходах князей и дружин за горы в Угры не позволяет сомневаться, что в эту смутную годину напора на Русь и татар и Литвы Русины Галицкие, а может быть и Волыняне, уходили за горы и там селились между своими соотчичами. Об этом переселении Русинов Галицких за Бескиды сохранились предания в народе, связанные с некоторыми воспоминаниями и о самих татарах. С народом переселялись и члены высшего сословия, родов боярских и княжеских. О том и другом намекает предание, записанное Катонною (Hist. Cret. IX. 431), будто какой-то вельможа (граф) Петр Петрович, владетель берестянский (Borostyan в Земненской столице), предполагал овладеть престолом венгерским для какого-то русского князя, - но побежден был воеводою давшом и утратил права на Берестяны и на все свои владения (1310). Около половины XIVв. являются в Руси закарпатской удельные князья рода русско-литовского. Один из младших сыновей Кориата-Михайла, князя новгородского и волковиского, Феодор, прогнан был своим дядею Ольгердом из Подолья, ушел в Венгрию, и как подданный короля венгерского, стал владеть Мукачевы (Munkacz) и Унгваром с их округами (1359). На память от него останется между прочим монастырь на холме Чешнеке у Мукачева и крепость на горе в получасе пути от города. Помнят также, что и супруга Феодора основала женский монастырь близ Мукачева, на противоположном берегу Латорицы. Как долго владел род Феодора этим уделом и были ли другие удельные князья русские за Карпатами - неизвестно; но некоторые дворянские роды, владеющие в закарпатской Руси, хотя уже и переродившиеся в Мадьяров, хвалятся еще происхождением от русских князей, между прочим и от князя Феодора, храня у себя книгу Базилевича: Notiae fundationis Theodori Koriatovis pro religiosis Ruthenis in monte csesnek ad Munkacz. Возстание Волохов под начальством Дражка Богдана, в конце XIVв. И в след за тем их выселение к берегам Молдавы и Берета, не могло остаться без последствий для Русинов закарпатских; но каково было оно, об этом летописи молчат. Вероятно, в след за выселением Волохов русины стали занимать их места, где следы Волохов остались только в названиях местностей: две Брустуры, Барлабат, Мармарош, Талабор, Тишор, Трибушены, Ледеснул, Чевчин и т.п. В 1433г. владетелем значительной части в закарпатской Руси является Георг Бранкович, деспот сербский: за уступку венграм Белграда он получил между прочим и Мукачев, Регец, Сатмар и др. (Энгель. Geschichte von Servien, 379). В XVI-XVIIвв. Замечательна в судьбах русинов борьба императоров австрийских с могучей партией Запольских, Веселинских, Текелей. Соединившись с турками и подкрепляемые их помощию, эти гордые магнаты думали овладеть Венгрией и успели присоединить к Седьмиградской области весь северовосточный край королевства, подчинив его вместе с южными областями Венгрии власти турецких султанов. Позорищем войны были между прочим и побережья Тисы, окрестности Мукачева, Хуста, Сатмара и пр. Дружины Турков, Мадьяров, Волохов, Немцев сновали по селам русинским и, без сомнения, опустошало их, до тех пор, пока наконец не свержено было иго турецкое. К этому времени относится образование вольных дружин Гуцульских, потомство которых и до сих пор носит в Мармароши название Гуцулов, не зная, что гуцул значит разбойник. Эти вольные дружины, в роде наших казацких дружин, только не так правильно образованные, вызваны были из семей необходимостью защищать родной край от пришлых врагов, и в свое время страшны были своими топориками, под начальством своих батей-батюшек, как назывались их старейшины. Позже они ушли выше в горы, промышляя разбоем, и наконец разсеялись между народом, так что теперь имя гуцула, как в некоторых краях Малороссии имя казака, носит всякий молодец, да и все жители восточного погорья Бескидов не отказываются от имени гуцулов, даже гордятся им как почетным титулом.
В конце XVIIв. В Угорскую Русь, влиянием архимандрита трапезундского Исайи и епископа Иосифа Камильского, введена была уния: Иосиф возведен был в сан епископа Мукачевского и всей Руси Угорской и утвердил союз с Римом. С этого времени мадьярское дворянство сделалось преобладающим в краю русинов и остается до сих пор.
Русины составляют почти исключительно только массу простого народа. Часть класса промышленного в городах и духовенство остаются верными языку и народности своих предков - но не могут заменить погибшие роды дворянства. Есть, правда, между Русинами свои нямеши - шляхтичи; но это - те же селяне по всему и по правам, и по быту, и по образованности.
Господствующее население городов и городских выселков на большой дороге - нерусское, так что пожалуй и здесь, как в некоторых краях западно-славянских, путешественник, едущий скоро по большой дороге и не присматривающийся к селянам, может не видеть русских и счесть весь край русским только по преданию.
А между тем Русины остаются чем были в своем мирном быту, со своими земледельческими привычками, обрабатывают склоны гор и долины под нивы, сенокосы, сады и огороды, пасут скот на вершинах гор, выделывают сыры, добывают соль, приготовляют лесные сплавы, тешат себя охотой за волками, лисицами, медведями в своих чащах, ведут свои промыслы без помощи фабрик и мануфактур и с стариною быта и обычаев сохраняют и старину нравов, поверий, преданий и воспоминаний
...
Пишли вивци в полонину сами биленькыи,
А за ними вивчярики, сами старенькыи.
А чому вы, вивчярики, та не спивате,
А де свои спиваночки, та подивате?
- Ой мы свои спиваночки подиваме,
В полонине, як в чужини, поховаме.
В полонине, як наниви, посиеме, посиеме,
Черноу земйоу, сухоу травку покрыеме, покрыеме,
Ой посиеме спиваночки довчими путями,
Ой будеме их обливати гырькими слёзами.
А муть туды вивчярики з вивцями ходити,
Будут наши спиваночки квитками сходити.
Муть за нами вивчярики та овечки пасти,
Будут наши спиваночки за кресаню класти
И. Срезневский. Русь Угорская. Отрывок из опыта географии рус. яз.: Чит. в общем собрании Общества 29 сент. 1851г., Санкт-Петер.